На главную страницу
Отправить сообщение
Карта сайта

Закрыть
Логин:
Пароль:
Забыли свой пароль?
Регистрация
 Войти  Регистрация













Календарь

Журнал "Финноугория. Этнический комфорт". Выпуск 2 (7), 2009 г.

ВЕКТОР ДВИЖЕНИЯ

Сеппо Лаллукка: "Сохранение национальной культуры –
за энтузиастами"

В июне в столице Республики Коми состоялось первое в России совещание координаторов Общества М. А. Кастрена. От Финляндии в совещании приняли участие Председатель совещательной комиссии Общества М. А. Кастрена Сеппо Лаллукка и координатор проектов Общества М. А. Кастрена Тармо Хаккарайнен. Журнал «Финноугория. Этнический комфорт» беседует с Сеппо Лаллукка.

– Господин Лаллукка, с какой целью Вы сегодня здесь?

– Недостаточно просто общения по интернету и оценки проектов. За годы существования Программы поддержки культур финно-угорских народов России сложились определенные механизмы ее реализации. Количество организаций-участниц растет, и нам нужна постоянная мобильная сеть координаторов. Время от времени необходимо собираться, чтобы быть в курсе того, что происходит в регионах, и обсуждать практические моменты, связанные с реализаций Программы. Сейчас в Сыктывкаре проходит как раз одна из таких встреч.

– Кто входит в Совет координаторов?

– От финской стороны – ваш покорный слуга и координатор проектов Общества М. А. Кастрена Тармо Хаккарайнен. От российской стороны – руководитель Финно-угорского культурного центра РФ Светлана Белорусова (Республика Коми), заместитель декана по научной работе филологического факультета Мордовского государственного университета А. М. Кочеваткин, старший научный сотрудник отдела исследования культурного наследия Удмуртского института истории, языка и литературы Л. Е. Кириллова, директор филиала Удмуртского университета в г. Кудымкаре Коми-Пермяцкого округа Пермского края А. Е. Коньшин, заведующая лабораторией по изучению и сохранению языков обско-угорских народов Югорского государственного университета З. С. Рябчикова, заместитель генерального директора Техникума экономики, бизнеса и рекламы Республики Марий Эл И. Г. Садовин.

– Каковы взаимоотношения общества М. А. Кастрена с финно-угорскими регионами России?

– Время от времени случаются «порывы», в результате которых тот или иной регион начинает проявлять себя более активно. В 90-е годы особо активными были Марий Эл и Удмуртия, до сих пор мы очень плотно работаем с удмуртским профессором Валерием Килмаковым. У нас давние теплые отношения с коми писателями и учеными. Но сейчас всё вошло в более или менее ровное русло. В 90-е годы такие контакты для российских финно-угров были в новинку: только что пал железный занавес, и наша совместная работа воспринималась как глоток свежего воздуха, проектов поступало очень много. Сегодня эта работа стала спокойней и конструктивней.

– По каким критериям отбираются проекты-победители?

– Прежде всего мы обращаем внимание на то, какие цели ставят перед собой авторы проектов. Приоритет отдается заявкам, связанным с развитием языка: созданием оригинальных учебных материалов, интерактивных программ. Мы отмечаем работу, которую проводят в этой области писатели. Это регулярные летние университеты переводчиков, семинары для литераторов. Такие формы популяризации родного языка есть практически во всех регионах, однако в Коми они более системны.

– Какие суммы закладываются финской стороной на поддержку этнической культуры?

– За все 15 лет существования проекта ежегодно выделяется 350 тысяч евро. Сумма стабильна. Могу с уверенностью сказать, что мировой финансовый кризис не повлияет на ее размер.

– А как возникла Программа поддержки культур финно-угорских народов России?

– Как и везде, большую роль тут сыграли личности: тогдашний председатель Парламента Финляндии, представитель Национально-коалиционной партии Риитта Уосукайнен и депутат от партии «Центр» Тутти Исохоокана Асунмаа – в начале 90-х она одновременно являлась министром культуры Финляндии. Несмотря на разную партийную принадлежность, эти две выдающиеся дамы сделали общее полезное дело. Кстати, что касается кризиса, в 90-е годы экономическая ситуация у
нас была гораздо более критической. Однако это не помешало Парламенту принять Программу на три года. Постепенно к ней все привыкли. Три года давно минули, а Программа так и осталась. Ее действие автоматически пролонгируется ежегодно.

– Угрожают ли, на Ваш взгляд, сохранению и развитию финно-угорских культур процессы глобализации?

– Я считаю, что глобализация – одновременно и угроза, и шанс. Выживает сильнейший. Кстати, именно благодаря глобализации возникают новые инструменты, позволяющие преодолевать препятствия. Например, кто думал, что можно будет с легкостью создавать Википедию на национальном языке, как это делают сейчас марийские энтузиасты, заниматься современной аранжировкой этнической музыки, создавать интерактивные проекты? Интернет позволит развить язык и самобытность наших народов. Это особенно важно для географически разделенных этносов, например, мордвы, только треть которой проживает на титульной территории, а их сородичи разбросаны по Оренбургской, Самарской, Пензенской и другим областям России.

– То есть Вы смотрите в будущее с оптимизмом?

– Несомненно, есть много тревожных процессов. Интерес молодежи к корням ослабевает, сокращается количество носителей языка. Мы знаем, что во многом это диктуется общемировыми экономическими и финансовыми проблемам. Также на сохранение культуры неблагоприятно сказывается оптимизация школьной сети и угасание деревень. Конечно, сохранять язык гораздо сложнее в городских условиях. Передача традиций происходит в семье, а не в школе, а уклад жизни городских жителей таков, что это становится трудноосуществимым. Но я уповаю на возможности, которые открывают перед городскими представителями этноса современные технологии.

– А какую роль в процессе сохранения языка Вы отводите средствам массовой информации?

– Важно, чтобы в СМИ звучало национальное слово. Именно СМИ влияет на уровень престижности родной культуры. Простых рецептов тут нет. Во многом успех дела зависел и зависит от энтузиастов,  которых было достаточно во все времена. Вернемся к «деревенскому» вопросу. Десять лет назад я предпринял экспедицию по Марий Эл, Башкортостану, Удмуртии, восточной части Татарстана, Свердловской области, где сильны марийские диаспоры. Я выяснил, что зачастую в близлежащих деревнях ситуация с сохранением языка очень неоднородна. Там, где за дело берутся энтузиасты: учителя, директора школ, заведующие клубами, – престиж всего национального остается на высочайшем уровне. Там, где общество пассивно, язык оказывается забытым.


Беседовала Полина Романова


СПРАВКА. Общество М. А. Кастрена основано 22 января 1990 года. Его цели: установление контактов и способствование взаимодействию между финнами и народами России, говорящими на финно"угорских языках, распространение в Финляндии информации о культурах этих народов, а также оказание поддержки народам в их стремлении развивать свои культуры и национальные языки. Общество М. А. Кастрена рассматривает проекты, связанные с возрождением и развитием языков и традиционных культур финно-угорских народов.

Сеппо Лаллукка – обществовед, социолог, демограф.
Родился в марте 1944 года в Выборге.
В трехмесячном возрасте, когда город отошел Советскому Союзу, семья перевезла его в Финляндию.
В 70-е годы преподавал в университете Хельсинки.
С конца 70-х – сотрудник Института культурных связей между Финляндией и СССР (ныне – Институт России и Восточной Европы).
Тема докторской диссертации – «Восточнофинские народы России: анализ этнодемографических процессов» (на примере народов коми, мари, мордвы,удмуртов).
С 2003-го по 2007-й занимал пост директора Института.
В 2007-м вышел на пенсию. С этого времени – председатель Совещательной комиссии при Обществе М. А. Кастрена. Совещательная комиссия, состоящая из видных деятелей культуры, науки и образования Финляндии, является общественным консультативным органом при Обществе М. А. Кастрена по отбору проектов на соискание финансирования Программы поддержки культур финно-угорских народов России, реализуемой Министерством образования Финляндии.






ЛИЧНЫЙ ВКЛАД

Андрей Агеев: "Государство заботится о малочисленных народах"

Переломная эпоха начала 80-х – конца 90-х годов XX века способствовала подъему самосознания народов России. В то время зарождавшиеся национальные движения возглавили новые лидеры, в основном вышедшие из рядов творческой интеллигенции. Вместе с тем пробуждение интереса к традиционной культуре российских этносов стало характерным явлением и для молодого поколения коренных народов. По истечении 20 лет обозначилась тенденция прихода к руководству процессами национального строительства молодых «менеджеров», использующих задачи и полномочия административных органов для сохранения и развития языков и культур своих народов. Руководитель Мурманского областного центра коренных малочисленных народов Севера Андрей Агеев считает, что будущее его родного народа – кольских саамов – зависит в первую очередь от внимания властей региона к их проблемам.

– Андрей Алексеевич, расскажите о своих корнях. Как случилось, что Вы занялись национальной проблематикой?

– Мои родители – саамы. Мать родилась в деревне Каневка, отец родом из Териберки, поселка на берегу моря, где испокон веков занимались рыбным промыслом. После свадьбы они переехали в Оленегорск – горняцкий город в центре Кольского полуострова. Там я родился в августе 1972 года. Моя биография складывалась так же, как и у десятков миллионов мальчишек тех лет: детсад, школа, затем политехнический техникум. Отслужил положенный срок в армии, в Суоярвском погранотряде. На гражданке работал на механическом заводе, Оленегорском ГОКе.

В 1994 году я поступил в Институт технологии традиционных промыслов малочисленных народов России Санкт-Петербургского государственного университета технологии и дизайна – то был самый первый набор в этот вуз, причем вместе со мной поступали и представители других северных народов нашей страны. Через пять лет я окончил институт с отличием, однако сразу работу по специальности не нашел. Пришлось еще несколько лет проработать в водоканале, успел даже получить второе образование в этой области… Но вот в 2004 году в Мурманске создали региональный центр народов Севера, дали объявление в областной газете о вакансии руководителя. Я прочитал это объявление, задумался, отослал на конкурс документы и… выиграл его! Уверен, потраченные на изучение национальной тематики усилия не пропали зря: настал момент, когда государство после сложного социально-экономического периода смогло более плотно заняться вопросами поддержки малочисленных народов. Тут-то и оказались полезными те кадры, которые были подготовлены для решения этих проблем.

– Забота о сохранении языка и культуры народа в условиях глобализации – сложная задача. Как Вам удается решать ее?

– Конечно, начинать работу в этом направлении было непросто. Еще в 2003 году я работал с представителями Эстонского фонда природы, они обучали саамов Мурманской области основам проектной деятельности. Именно с этого времени я и решил заняться поддержкой и развитием национальной культуры сородичей. Я зарегистрировал некоммерческую организацию «Саамский фонд природы», главная задача которой – сохранение оленеводческой культуры саамов, территорий их традиционного природопользования. Однако с назначением на должность руководителя областного центра коренных малочисленных народов Севера у меня буквально не осталось времени на дела фонда… Впрочем, считаю, работа в государственной структуре позволила сделать намного больше для саамского народа, нежели участие в разовых проектах, нацеленных на освоение западных грантов.

Мне сразу пришлось решать довольно сложные задачи: формировать штат нового учреждения, подбирать помещение, – вот тогда мне в полной мере пригодилось менеджерское образование. Очень непросто далась разработка первой региональной целевой программы «Экономическое и социальное развитие коренных малочисленных народов Севера Мурманской области», рассчитанной на несколько лет. Целый год с мест я собирал предложения, которые затем легли в основу этой Программы. Реализация ее продолжалась до 2008 года. Конечно, не всё удалось сделать так, как хотелось изначально. Пришлось вникать в тонкости бюджетного законодательства, отношений между различными органами власти… Во многом сказалось отсутствие опыта. Программа претерпела ряд корректировок, но более половины задуманного нам удалось реализовать.

– Что конкретно было сделано в рамках этой Программы?

– Прежде всего, мы провели геоботаническое обследование территории оленьих пастбищ: на выполнение этой задачи затратили 15 миллионов рублей. Предыдущие карты местности, которые составлялись 20-25 лет назад, сильно устарели. В результате мы получили ценнейшую
информацию, которая позволяет оленеводам рационально использовать природные ресурсы для эффективного ведения хозяйства.

В рамках Программы были построены 5 промежуточных баз и один кораль (загон для скота) для совхоза «Тундра». Завершается строительство жилого дома в Ревде для семей оленеводов. Еще одним важным направлением стало обучение тундровиков основам диагностики заболеваний и
оказания первой медицинской помощи. Реализация этого проекта позволяет сократить затраты на использование вертолетов для выезда врачей к заболевшим и пострадавшим, повысить качество лечения оленеводов в полевых условиях.

Не забыта и духовная сторона культуры саамов. Нам удалось издать сборник стихов и песен поэта Ивана Матрехина, повесть «Белый олень» Аскольда Бажанова, книгу для детей «Волшебный полуостров». В Мурманской области активно проводятся различные праздники, фестивали, способствующие популяризации традиционной культуры коренных жителей региона.

– Каковы дальнейшие планы работы по поддержке коренного населения области?

– Сейчас готовится новая региональная программа поддержки малочисленных народов Севера Мурманской области, реализация которой рассчитана на 2009-2013 годы. Эта программа опирается на федеральную целевую программу «Экономическое и социальное развитие коренных малочисленных народов Севера, Сибири и Дальнего Востока до 2015 года».

Кроме того, разрабатывается проект, касающийся работы на территориях традиционного природопользования. Существует соответствующий федеральный закон, есть и положения в региональном законодательстве, однако пока никто не знает, как их осуществить. В итоге при Министерстве природных ресурсов и экологии Мурманской области создана рабочая группа, курирующая это направление. В прошлом году наши региональные законодатели приняли закон о
государственной поддержке коренных народов Мурманской области, занятых традиционными видами хозяйственной деятельности. Проект этого закона очень долго разрабатывался нами и в результате оказался максимально близок нуждам и чаяниям простых людей.

Сейчас мы планируем подготовить поправки к областному закону о мерах дополнительной социальной поддержки отдельных категорий граждан, чтобы ввести в него отдельной строкой оленеводов. Тогда эта категория населения региона получит дополнительные средства из областного бюджета, в частности, на санаторно-курортное лечение.

Наконец, важнейшим шагом стало создание в этом году Совета представителей коренных малочисленных народов Севера Мурманской области при Правительстве региона. Этот консультативный орган, в который вошли представители 9 саамских общин, сможет оказать существенную помощь в принятии решений, затрагивающих интересы коренных жителей полуострова.

Главное – то, что нам удается сохранить традиционное хозяйство саамов в глубинке. А пока существуют такие места – будут живы и язык, и культура этноса.


Беседовал Юрий Попов






ЛОГОС

У каждого - свой поэт

Исполнилось 170 лет со дня рождения первого коми поэта Ивана Алексеевича Куратова. Странная сложилась у него судьба. При жизни было опубликовано одно стихотворение в вологодской газете под заголовком «Из народной поэзии». Опубликовано не под своим именем, а под псевдонимом Гугов. И всё. По всему видать, «за славой поэт не гнался, о книгах не мечтал». Но поэзию любил всем сердцем.

Это он вызвался собирать в далеком Туркестане средства на памятник Пушкину, который решили поставить в Москве на народные деньги. Тогда Куратов работал военным аудитором в Верном, теперешней Алма-Ате. Думается, Куратов перед Пушкиным преклонялся. А сам своим «виршам» вряд ли большое значение придавал. Не знаю, случайно или нет скульптор Владислав Мамченко изваял коми классика, что перед театром оперы и балета в Сыктывкаре, почти в той же позе, в
какой стоит Пушкин на Тверской площади в Москве.

Прожили эти два поэта почти одинаковое количество лет. Пушкин в тридцать семь убит на дуэли. Куратов в тридцать шесть умер от чахотки. Их творчество, конечно, трудно сравнивать, наследие Пушкина и больше, и весомее… И всё-таки говорят, что Иван Куратов для коми народа как Александр Пушкин для русского, как Тарас Шевченко для украинцев. Наверное, это справедливо. Справедливо не потому, что подтверждает смысл изречения «Большой народ – большой поэт, малый народ – поэт поменьше», – все народы велики. Куратов велик для коми народа в своей значимости. Символично и то, что первый коми поэт имел характер, свойственный большинству коми-зырян. Он не суетился, не мельтешил. Не пытался печататься, что говорит о скромности, нетщеславии большинства коми. Писал он на коми языке, хотя хорошо знал русский и, наверное, казахский, так как долго жил в Верном. Но коми язык, знакомый с детства, боготворил:

…я любил всем сердцем свой
язык чудесный.
И на нем я первый пел негромко песни.

Пишут на том языке, на котором думают. Который считают родным. Негромко поют грустные песни. Веселые громко поются. Грустных стихов у Куратова много, это верно. Но и веселые есть! Не только веселые, но даже залихватские. Вот стихотворение «Коми бал». Прочитайте! Здесь и малыши и старушки в одной избе в одном танцевальном порыве. Вот как умели веселиться! Старушку не взяли в пляску, так у нее, бедной, слезинка от обиды выкатилась.

А стихотворение «У Захара»! Здесь собраны типы всех деревенских жителей. Думается, это были односельчане Ивана Куратова – каждого он вспомнил по имени, каждому дал точную озорную характеристику! Прочтешь стихи Ивана Куратова – жизнь народа коми станет яснее.

Село Кебра. Теперь оно называется Куратово. Десятки маленьких деревень, разбросанных по холмам. Виды из окон домов такие, что захватывает сердце. На таком высоком холме стоял и дом поэта. На этом месте сейчас музей. Его открыли на празднике «Менам муза», посвященном 170-летию со дня рождения Ивана Куратова. Открытие состоялось 5 июля при большом стечении народа. Присутствовали первые лица. Глава Республики Коми Владимир Торлопов отметил, что у каждого свой Куратов. Хотелось бы верить в это: нынешнее поколение, особенно школьники, к великому сожалению, мало знают его творчество. Хорошо, если помнят, что памятник перед музыкальным театром поставлен именно ему.

Музей – традиционный коми дом. Большой, какие строили раньше коми крестьяне. Вероятно, такой северный дом-керка был и у семьи Куратовых, где выросли девять детей. Иван Куратов был самым младшим. Предполагается, что музей будет посвящен героям куратовской поэзии. Гостей встречают у высокого крыльца деревянные скульптуры Захара и Марины – героев стихотворения «У Захара», о котором уже говорилось. На стенах – изображения других героев поэта. Думается, сюда будут привозить школьников со всей республики и здесь они смогут ближе познакомиться с творческим наследием своего коми соловья.

В советское время Ивана Куратова пропагандировали как поэта-разночинца, критически описывающего духовенство и всех богатых. Скорее всего, поэтому советская идеология открыла его стихам с чердака, на котором они были обнаружены в селе Визинга, «прямую дорогу» к читателям. Стихи и книги стали часто печататься! К юбилеям выпускались миниатюрные сборники. Книжка стихотворений «Менам муза» выходила на 120 языках мира. Слава Куратова загремела! Стихи о бедной крестьянской жизни были в журналах и в газетах, их учили в школах! А между тем выяснилось, что творчество поэта гораздо шире и глубже критики самодержавия и воспевания жизни простого народа. Да, Куратов много писал о простых людях, но это не были идеологические скучные портреты. Скорее, объемные психологические характеристики живых людей! Со всеми их недостатками, озорством, остроумием…

Хочется, чтобы музей был пристанищем именно таких живых героев. Чтобы после посещения захотелось взять в руки томик его стихов. Хочется, чтобы тут была хорошая библиотека и уголок, где можно почитать в тишине. Почитать – и глянуть в окно. И увидеть ту же картину, которую видел Ванюша Куратов в девятнадцатом веке, в детстве своем. Холмы, перелески, и маленькую деревеньку на другом, далеком, холме. Небольшие темные дома, как птицы на отдыхе. И
сожмется сердце от красоты и простора. И вздохнешь, как вздыхал от этой картины мальчик, ставший поэтом.

Елена Габова,
писатель






ПРОЕКТЫ

Мастерская будущего карельской молодежи

«Молодежь – наше настоящее!» Уже 15 лет общественная организация «Nuori Karjala» («Молодая Карелия») следует этому девизу и успешно вовлекает молодежь в карельское национальное движение. В истории организации были разные времена: взлеты сменялись падениями, активная творческая работа и приток новых сил прерывались кризисом лидерства и «утечкой мозгов». Карельская молодежь никогда не рвалась в лидеры финно-угорского сообщества, но всегда успешно находила единомышленников и партнеров в своей родной республике и за ее пределами.

Особая роль в судьбе «Молодой Карелии» отводится наиболее близким по языку сородичам из Финляндии. Крепкие дружеские связи с финскими национально-культурными обществами позволяют воплощать в жизнь интересные творческие задумки. Однако близость страны – члена Европейского Союза всего в нескольких сотнях километров от столицы республики – это палка о двух концах. Уровень жизни западного соседа заставляет карельскую молодежь уезжать в поисках лучшей доли, что, безусловно, ослабляет позиции молодежных организаций карелов, вепсов и финнов.

Вопреки всему тенденции последних лет радуют. Только за последние два года в «Nuori Karjala» пришли новые энергичные люди, объединенные одной идеей. Слова «национальное возрождение», «ревитализация языка», «современная национальная культура» для нового поколения наших активистов не пустой звук. А когда члены организации – а их, к слову, более 300 человек – видят конкретные результаты, которые можно потрогать, послушать, полистать, становится проще и задорнее работать.

Сегодня «Nuori Karjala» – это два межрегиональных и несколько крупных республиканских проектов, свой офис и библиотека, собственный интернет-сайт http://nuorikarjala.onego.ru. Не хочется хвастаться, но для себя всегда отмечаем, что не зря, наверное, крупное информационное агентство «Regnum» называет нас «одной из наиболее влиятельных общественных организаций карелов». Благодаря большой работе в Карелии и сотрудничеству с рядом межрегиональных финно-угорских проектов, растет наш авторитет и в среде родственных финно-угорских народов. Когда есть чем поделиться с коллегами, к тебе охотнее прислушиваются. Недаром два наиболее крупных международных молодежных форума – Международная научная конференция студентов финно-угроведов IFUSCO и Конгресс Молодежной ассоциации финно-угорских народов (МАФУН) – проводятся в 2009 году в Карелии.

Хочется рассказать обо всём и сразу, но начнем по порядку, с языка и культуры. Именно эти две сферы, как бы консервативно это ни звучало, являются нашими приоритетами. Всё остальное вторично и подчинено основной задаче: сохранить культуру и язык предков и при этом придать им современный облик. Чтобы завоевать сердца молодежи, наряду с музеями, народными хорами и костюмами нам следует предложить ей современные жанры искусства. Перформанс в театре, электротанцевальную эстраду в музыке, этнофутуризм и этноавангард в изобразительном искусстве.

Можно сколько угодно подшучивать над тем, что мы пополняем ряды организации на дискотеке. Но именно на вечеринке, услышав современную танцевальную песню на родном языке, молодой человек охотнее присоединяется к организации, которая способна предложить ему этнический комфорт. Мы уверены, чтодля большинства наших единомышленников это осознанный выбор.

Когда мы два года назад на новогодней этновечеринке «Ropivo» («Костер») предложили вниманию членов организации песни группы «Anna tulla», сами с трудом верили в успех. Сегодня группа и ее первый альбом «Onnen tahti» («Звезда счастья») – наша гордость. Исполнители и вдохновители поп-группы – студенты и выпускники наших вузов. Они сами пишут стихи, музыку, исполняют песни «вживую». При этом все композиции первого альбома группы «Onnen tahti» являются оригинальными, а не переводными. Это было нашим принципиальным решением. Ежеквартально мы проводим этновечера «Ropivo», «Lembi», «FU», на которых звучат любимые всеми хиты на карельском, вепсском и финском языках. Уже подумываем о выпуске следующего диска. А всего каких-то два-три года назад «попсы» на карельском языке вообще не было.

Музыкальная группа – это один из шагов на пути к расширению сферы языкового применения. Родной язык должен звучать везде: в зале суда, на вокзале, в троллейбусе, в эфире молодежных FM-радиостанций, в аудиосистемах автолюбителей, в школе и детском саду.

Последнее – особенно важно. Сегодня, когда далеко не в каждой семье возможна передача языка из поколения в поколение, необходимо как можно раньше научить ребенка говорить на генетически родном языке. Именно в детском саду языковой барьер преодолеть гораздо легче, нежели в школе. Поэтому так важен для нас международный опыт «языковых гнезд». Разговоры, выступления, рабочие группы, письма, опять разговоры... Но результатом мы довольны – уже в сентябре в Петрозаводске будут открыты две группы раннего языкового погружения на ливвиковском наречии карельского языка и финском языке.

Нередко получается так, что только в творчестве молодые люди по-настоящему становятся носителями карельской культуры. Труппа самодеятельного молодежного кукольного театра «Ciciliusku» («Ящерка») появилась четыре года назад под руководством ветерана карельского национального движения, руководителя Союза карельского народа, профессора Петра Зайкова. Затем работу театра подхватила организация «Nuori Karjala» и ее председатель Наталья Антонова. Переосмысляя и трансформируя литературное и фольклорное наследие карельского народа, актеры театра глубже постигают язык и историко-культурные реалии. Театр много гастролирует и формирует у жителей карельских деревень любовь к родному языку и литературному наследию. Театр объездил более 30 населенных пунктов, и не было еще ни одного спектакля, с которого зритель ушел бы равнодушным. Четыре года работы – четыре спектакля, совершенно разные по жанру и подаче материала. Начинали с детского спектакля «Как волк теленочку мамой был», затем стали осваивать взрослый репертуар. Постановка «Голубая важенка» по мотивам карельских колдовских сказок, юмористический спектакль «Ворона» заставляют думать и смеяться школьников и стариков. А последняя постановка по мотивам произведения классика карельской литературы Яакко Ругоева «Самовар» совершенно выбивается за рамки традиционного кукольного театра. Актеры выходят из-за ширмы и напрямую разговаривают со зрителем. С удовольствием посещают спектакли «Ящерки» не только жители Карелии, но и Тверской области и Финляндии.

Поддержка печатного слова на карельском языке также является для нас приоритетной. За последние три года благодаря поддержке фонда Нийло Хеландера молодежи удалось собрать свой собственный книжный выставочный комплекс. В нем более 800 наименований книг, периодики, музыкальных и мультимедийных дисков. Проводя активную ярмарочно-выставочную деятельность от поселка Пяозерский до Санкт-Петербурга и от Петрозаводска до Турку, за последний год мы распространили в учреждения образования и культуры, общественные организации и частным лицам свыше двух тысяч экземпляров печатной и электронной продукции, выпускаемой как в Карелии, так и в других финно-угорских регионах и странах.

Очень важно, чтобы общественные организации сами выступали в роли издателей или имели возможность вместе с государством частично вкладываться в издание новых продуктов. Опыт последних лет внушает оптимизм. На свои средства организация «Nuori Karjala» выпустила музыкальный диск поп-группы «Anna tulla». Вырученные средства мы вложили в новый проект – издание диска известного карельского рок-исполнителя Santtu Karhu. Оба проекта пользуются большим спросом, благодаря чему уже осенью мы сможем выпустить новый диск.

Достижения и накопленный опыт позволяют нам совместно с финскими партнерами реализовывать обучающие проекты в области книгоиздания. Сначала в Карелии в течение трех лет, а теперь в республиках Коми и Марий Эл мы обучаем издательскому делу начинающих издателей и инициируем серьезный разговор о проблемах книгоиздания коренных финно-угорских народов в среде опытных и крупных издателей. Результаты проекта налицо: его участники реализуют интересные издательские задумки. Одной из таких можно назвать газету на людиковском диалекте карельского языка «Lyydilaine». Газета, издаваемая молодежной организацией «Триас», стала одним из флагманов возрождения целого наречия – людиковского. Члены «Молодой Карелии» также прошли обучение, благодаря чему мы ежегодно выпускаем календарь на карельском языке. А недавно издали диск на вепсском языке «Животные в жизни вепсов». В конце 2009
года планируем выпуск на русском языке настольной книги начинающего финно-угорского издателя.

Работа в этой сфере требует продолжительной поддержки авторов. Поиск талантливых поэтов, прозаиков и журналистов, их обучение и продвижение их творчества приведет к увеличению качественной литературы, развитию литературного карельского языка и его диалектных форм. Три года назад мы завершили обучающий проект для пишущей молодежи, результатом которого стало издание их произведений в сборнике «Nuori Karjala». Проект показал, что большой творческий потенциал скрывается в районах республики.

Мы направляем максимальное количество ресурсов для работы в районах, малых городах и сельских населенных пунктах нашей республики. Организуем гастроли молодежного кукольного театра, выставки-продажи литературы, круглые столы и презентации. Наш новый межрегиональный творческий проект «Мастерская будущего финно-угорской молодежи» направлен как раз на развитие творческого потенциала сельских ребят и поиск активистов на местах. Общественные организации должны брать на вооружение самые передовые, инновационные виды и жанры творческой работы. Совместно с обществом «Финляндия – Россия» и Молодежной ассоциацией финно-угорских народов за четыре года мы планируем обучить более 200 человек.

Начнем с того, в чем сами сильны – с театра, при этом хотим затронуть разные его формы: кукольный, профессиональный, народный. Участники узнают, как шить куклы, мастерить ширмы, какие специалисты нужны для организации театра, что необходимо для проведения гастролей. Мы рассмотрим даже такие тонкости, как перевод пьес, использование литературного языка, его диалектных форм, подборка музыки, соблюдение авторских прав в театральных постановках. Члены
творческих коллективов и общественных организаций пообщаются с профессиональными актерами, режиссерами, художниками-постановщиками, преподавателями актерского мастерства, менеджерами сферы культуры, PR-менеджерами. Будут задействованы разные формы общения: мастер-классы, вечерние гостиные, упражнения, тренинги. В итоге участники проекта научатся самостоятельно организовывать работу небольшого театрального коллектива.

Прежде всего наш проект рассчитан  на карелов, вепсов, ингерманландских финнов, ижору и водь. Однако двери открыты и для представителей других финно-угорских народов. При этом у участников будет возможность познакомиться с Карелией, так как семинары мы будем проводить в разных городах. В 2009 году в Петрозаводске и Костомукше. Группа участников побывает на I Социально-экономическом форуме финно-угорской молодежи в Кудымкаре.

Большое внимание мы уделяем и планированию своей работы. Есть еще много направлений, где мы пока что не сильны. Например, сфера компьютерных технологий. Не можем похвастаться мы мультимедийными и интернет-проектами, интернет-путешествиями на родных языках, on-line или мобильными словарями, компьютерными играми, современным изобразительным искусством, брендингом территории, этнокультурным туризмом, ротацией на молодежных FM-радиостанциях, политической активностью карельской, вепсской и финской молодежи. Именно эти направления мы планируем развивать в самое ближайшее время.

Алексей Цыкарев,
член Совета РМОО «Nuori Karjala»
http://nuorikarjala.onego.ru





МОДЕРНИЗАЦИЯ

Старые и новые песни о главном

В феврале прошлого года бабушки из села Бураново Удмуртской Республики удивили всех, перепев на родном языке «Звезду по имени Солнце» Виктора Цоя и «Город золотой» Бориса Гребенщикова. Прошел всего год, а коллектив «Бурановские бабушки», благодаря своему беспрецедентному эксперименту, стал известен не только в Удмуртии, но и в Москве и даже за пределами России. Стоит отметить, что классикой российского рока бабушки не ограничились. Об этом рассказала нам самая молодая участница коллектива, директор бурановского сельского дома культуры Ольга Николаевна Туктарева. Она же – автор текстов новоудмуртских хитов.

– Наши бабушки не только поют, они еще танцуют, восстанавливают обряды, устраивают национальные праздники. К ним даже иностранцы приезжают изучать удмуртский быт, – рассказывает Ольга Николаевна.

Стоит отметить, что перевод текстов не является дословным: бабушки поют известные песни по-своему, умудряясь рассказать о том, что ближе им. Но обо всем по порядку.

Коллективу «Бурановские бабушки» уже больше семнадцати лет. Сегодня в основном составе двенадцать человек. Практически всем уже под семьдесят. Галина Николаевна Конева, руководитель и основатель ансамбля, – «долгожитель» коллектива.

В репертуаре «Бабушек» – песни на удмуртском языке. Есть и народные, но большинство – авторские. Это сочинения Елизаветы Филипповны Зарбатовой, односельчанки артисток.

Как же родилась идея перевести на удмуртский язык русский рок? Уже несколько лет подряд «Бурановские бабушки» участвуют в международном фестивале «Новые песни Древней Земли», который проходит в Ижевске.

– Каждый раз мы выступаем в новом жанре: то танцуем, то поем, – рассказывает Ольга Николаевна.
– Все наши необычные эксперименты начались, когда мы познакомились с режиссером Павлом Поздеевым. Года четыре назад мы участвовали в акции «Перепечи против пиццы»: прямо на центральной площади Ижевска пекли перепечи. Потом Павел предложил нам сотрудничать с известным сарапульским театром современного танца Ольги Зиминой. Артисты танцевали под наши песни. Получилась достаточно интересная импровизация. Последнее его предложение – перевести на удмуртский песни в стиле «рок» – стало самым неожиданным. Слава Богу, он предоставил мне возможность самой выбрать композиции, потому что не всякую песню переведешь на удмуртский язык и споешь с бабушками. Мы выбрали «Звезду по имени Солнце» Виктора Цоя, потому что я сама люблю его творчество, и «Город золотой» БГ. С одной стороны, это классика нашего рока, а с другой, тексты там глубокие, и они оказались близки бабушкам. Павел, как всегда, дал мне очень мало времени, обращаться к поэтам было некогда, я сделала подстрочный перевод, и получилось хорошо: бабушки его поняли и приняли. В феврале 2008 года на Дне родного языка наши бурановские артистки впервые выступили с этим экспериментом. Мы не ожидали, что это вызовет такой интерес.

Ольга Николаевна вспоминает, что не сомневалась в том, что бабушки примут предложение режиссера. Но на всякий случай пошла на небольшую хитрость: сначала поговорила с ними о Цое, рассказала о его нелегкой жизни, о том, как он погиб, поделилась с ними своим видением его песен. И когда они узнали, о чем будут петь, легко согласились. А «Город золотой» – это песня, про которую сами бабушки говорят, что она, как молитва. А недавно артистки купили Ольге Николаев не диск Цоя – хотят, чтобы она им еще что-нибудь перевела.

– Бабушки – они же, как дети, им надо чувствовать, что они нравятся, что они нужны, – с немного грустной улыбкой говорит О. Н. Туктарева.

Односельчане «Бабушек» поначалу насторожились, когда узнали, что те подались в рок-музыку. Когда только узнали, какие песни они поют, еще не слыша их, отзывались осуждающе: думали, что бабушки «дрыгаются», как рок-певцы, играют с микрофонами. Но ведь бабушки поют по-своему эти песни. И в этом их уникальность. Когда они начинают петь эти сильные тексты, зал раскрывается. И молодежь восприняла эксперимент с восторгом: приняла бабушек как своих. Ольга Николаевна говорит: «Мне кажется, всем приятно, что наши бабушки стали известными». А после эксперимента с Цоем и Гребенщиковым «Бабушкам» посыпались различные предложения. Руководитель одной московской энергетической компании попросил записать диск, в который должны были войти 6-7 песен зарубежной эстрады. Так, удмуртские сельчанки перепели две песни The Beatles – «Yesterday» и «Let it be».

– «Yesterday» исполняется от мужского имени, но, так как у нас поют только женщины, я переводила от женского, – говорит наша собеседница. – Еще я перевела песню группы Queen «We are the Champions», Deep Purple «Soldier of Fortune», Eagles «Hotel California» и другие песни. Но я сразу сказала: нам эти тексты не подходят, мы не можем петь про всякие отели, про наркоманов, поэтому мы будем петь о том, что нам близко. В «Отеле «Калифорния» мы поем о том, что есть большие города, бескрайние пустыни, безвылазные джунгли, моря, разные звери. Под «Шизгару» мы исполнили наши, бурановские, частушки. Там бабушки поют о том, что сегодня они тут, а завтра их может уже и не быть. К декабрю 2009 года мы выпустим этот диск – с иностранными хитами на удмуртском языке.

В Ижевске, где «Бабушки» выступали не раз, да и во всей Удмуртии в основном живет русскоговорящее население. Но бурановские артистки поют на удмуртском. В родном селе их каждый понимает, но как же реагирует публика за его пределами? По словам Ольги Николаевны, русская публика даже больше расположена к восприятию новоудмуртских хитов: «Наверное, потому что наши песни здесь знают и уже не задумываются, о чем мы поем. А когда русскоязычное население слушает, мы разговариваем со зрителем, рассказываем, как родилась песня. И налаживается контакт».

Почему эксперимент получился таким удачным? Возможно, секрет в том, что Ольга Николаевна выбирала для перевода песни, созвучные традиционным народным удмуртским напевам. У удмуртов мало веселых песен, большинство – лиричные, очень личные, о любви, конечно. А вспомните «Город золотой». Ведь и в этой песне – те же мотивы. Много у удмуртов песен о нелегкой жизни. Все они мелодичные, протяжные, завораживающие, жизнь человека в них сравнивается с природой. К ней удмурты относятся очень трепетно: к каждому дереву, каждому цветочку.

А напоследок Ольга Николаевна рассказала о планах коллектива на ближайшее будущее:

– Сейчас мы поем военные песни Елизаветы Филипповны Зарбатовой: они, наши бабушки, – дети войны. Еще они попросили меня перевести им «Печаль» Цоя. Они сами нашли эту песню. Она им очень близка. Там поется о том, что вроде всё в жизни хорошо, а на душе как-то тревожно. И им действительно тревожно: они жили при социализме, у них были другие ценности. А сейчас, казалось бы, изобилие всего, а тем не менее что-то ушло, чего-то не хватает…

Полина Ушакова


СОКРОВИЩА КУЛЬТУРЫ

Традиционная одежда саамов

Саамы (лопари) – небольшой финно-угорский народ Северной Европы. Локальные группы этого этноса проживают в Швеции, на севере Норвегии, в Финляндии и в России на Кольском полуострове. В недавнем прошлом они вели полукочевой образ жизни. Поэтому одежда саамов была приспособлена к постоянному пребыванию на открытом воздухе. Ее комплекс формировался на протяжении многих веков и долго сохранял свою традиционную специфику. Мы расскажем о национальной одежде саамов конца XIX – начала ХХ века.

Костюм саамов состоял из двух типов: летнего и зимнего, в каждом из них был повседневный и праздничный вариант. Костюм разных групп народа имел различия в видах головных уборов, обуви, цветовой гамме верхней одежды и декоре.

Нательной одеждой у всех групп саамов была рубаха с длинными рукавами. Ее шили из хлопчатобумажных тканей фабричного производства. Ткани старались подбирать ярких расцветок: в полоску, с набивным цветочным рисунком. Поверх нижней рубахи надевали верхнюю плечевую одежду из сукна. Она шилась с длинными рукавами, воротником-стойкой, прямым разрезом на груди и двумя швами по бокам. У скандинавских саамов длина изделия немного короче, чем у кольских. Повседневная и праздничная верхняя одежда различались качеством ткани и декором. Норвежские и финские саамы носили верхнюю одежду черного или синего цветов и называли ее «гакты», «кафты». А у кольских саамов бытовала одежда из сукна – «юпа». У женщин она была белого цвета, у мужчин – серого. Наиболее красочна одежда саамов, проживавших в Норвегии и Финмаркене (Северная Норвегия). Воротник, плечи, края рукавов, подол и разрез на груди богато декорировались красным и желтым лоскутом и яркой вышивкой. Подол подшивался плетеной шерстяной тесьмой. Суконную одежду носили летом и в межсезонье.

Зимний комплект плечевой одежды состоял из нательной рубахи, суконной блузы или короткой рубахи – «бузурунка», связанной из шерсти, и глухой меховой одежды – «песка» («печок»). Эту одежду шили мехом наружу из оленьих шкур коричневого цвета. У ворота она стягивалась шнурком. Концы шнурка украшались бусинами и лоскутками треугольной формы из разноцветного сукна. Иногда к краям меховых рукавов пришивали манжеты из ткани. Мужской «печок» имел длину ниже колен, а женский – до щиколотки. Помимо указанного типа зимней одежды, саамы надевали и овчинные шубы «торк», сшитые мехом внутрь.

Верхнюю одежду носили с поясом. Его надевали таким образом, чтобы образовывался небольшой напуск. Мужчины подпоясывались кожаными ремнями, к которым непременно был подвешен нож в ножнах. Ремни, которые носили по праздникам, украшались бисером, металлическими накладками и ажурными пряжками. В праздничный комплект одежды скандинавских саамов входили также широкие пояса «боаган». Их изготавливали из белых льняных (или хлопчатобумажных) и шерстяных нитей. Пояса украшал геометрический орнамент, представляющий собой различные сочетания ромбовидных фигур, косых крестов, наклонных и ломаных линий. В орнаменте обязательно преобладал красный цвет. Пояса застегивались при помощи фигурной орнаментированной костяной пряжки или узкого кожаного ремешка и завязок из шерстяных нитей с кисточками на концах. Такие красивые пояса носили преимущественно девушки и парни. Повседневные пояса отличались от праздничных формой, цветом и орнаментом. Пояса «на каждый день» уже праздничных, а их основные цвета: красный, серый, коричневый и желтый. Орнамент – мелкоузорный. Женщины-саамки Кольского полуострова носили узкие пояса, сотканные из разноцветной овечьей шерсти. К тканым поясам на кожаных шнурках с нанизанными бусинами подвешивали различные мелкие бытовые вещи: игольники, наперстки, ключи – и обереги из металла и лоскутков.

Штаны шили из полотна, сукна, шкур, замши и кожи. Нательными были штаны из белого полотна «линбус». Их носили в основном мужчины. Поверх этих штанов в летнее время надевали штаны из шерстяной ткани серого цвета «пуус». Зимой и мужчины, и женщины носили меховые штаны «стикак», сшитые из замши и шкур оленя. Они были белого и коричневого цветов. У пояса штаны стягивались шнурком. У саамов Финмаркена были распространены штаны, сшитые из трех частей: верхней (до колен) из замши, средней из камусов, нижней из сукна. Суконная часть имела разрез для того, чтобы было удобнее надевать ее поверх короткой меховой обуви. Штаны для выхода на промысел шили из непромокаемых кож.

Головные уборы мастерили из шкур оленя, сукна, хлопчатобумажных тканей фабричного производства. Опушку к зимним головным уборам делали из меха лисицы, песца, выдры, зайца, волка. Женские головные уборы скандинавских саамов отличались от головных уборов, которые носили женщины на Кольском полуострове. Это были мягкие чепцы разнообразных форм с наушниками. Праздничные головные уборы шили из шелка, а в обычные дни носили суконные, преимущественно красного, синего и желтого цветов. Украшением этих головных уборов служили разноцветный кант и шелковые ленты. Зимой поверх чепцов надевали большие клетчатые шерстяные платки. Кроме мягких чепцов, в XIX веке у финских саамов бытовал еще каркасный головной убор в виде рога, развернутого в сторону лба. Этот головной убор шился из красного сукна и украшался цветным лоскутом и шелком. В рогообразный выступ вставлялся деревянный каркас.

Саамские женщины на Кольском полуострове носили головной убор «шамшура», а девушки – перевязку. Их надевали по праздникам. «Шамшура» изготавливалась в виде мягкой шапочки из сукна красного цвета (или кумача). В шов между очельем (лобовой частью) и затылочной стороной вшивался каркас из бересты или картона, обшитый сукном и расшитый бисером. Головной убор украшался разноцветными пуговицами, тесьмой, позументной лентой, металлическими и перламутровыми пуговками. Надевали «шамшуру» таким образом, чтобы не было видно волос. Поверх «шамшуры» женщины носили ситцевые и шелковые фабричные платки, которые складывали косынкой и завязывали под подбородком.

Девичьи перевязки были двух типов. Первые имели жесткий каркас по основанию. Они были цилиндрической формы. Высота этих головных уборов доходила до 13 см. Шили их из красного сукна и ситца (подкладка) и украшали бисером, бусинами и лоскутками. Второй тип головного убора представлял собой повязку, состоящую из жесткого очелья трапециевидной формы и мягкой затылочной части. Вся поверхность очелья расшивалась разноцветным бисером и стеклярусом. Девичьи повязки надевали так, чтобы волосы надо лбом были видны. Аналогичный тип головного убора бытовал  и у коми.

Зимние головные уборы отличались разнообразием кроя и также имели свою локальную специфику. Скандинавские саамымужчины носили шапки «кюхпир» из черного сукна с четырехугольной тульей и высоким околышем из меха и сукна. Надевали эту шапку таким образом, чтобы концы тульи свешивались на левую сторону. У финских саамов теплые шапки «верики-кохпир», «клеп» состояли из околыша, обшитого мехом, и верхней части прямоугольной формы из черного сукна. К околышу шапки пришивали суконные ленты красного, желтого и зеленого цветов. Внутри шапок на подкладке предусмотрительно оставляли незашитую часть. В большие холода саамы утепляли свой головной убор: верхняя часть шапки через эту прорезь набивалась сушеной травой.

У кольских саамов наиболее распространенными зимними головными уборами были глубокие шапки с небольшими наушниками. Покрышка у этих головных уборов шилась из сукна или ситца, подкладка – из шкуры. Очелье украшалось лоскутом из разноцветного сукна, пуговицами, бисером. Мужские и женские головные уборы различались по крою. Также были распространены меховые шапки: у мужчин – из меха оленя, у женщин – из меха выдры. Для детей шили шапки с длинными ушами из самого ценного меха – пыжика. Повседневным головным убором саамских мужчин в летнее время был островерхий колпак, связанный из овечьей шерсти. В состав зимнего комплекта одежды саамов входили рукавицы «нисун-фацат», «вареги», связанные на спицах из овечьей шерсти. Бытовали и рукавицы из оленьих шкур. У саамов Финмаркена вязаные рукавицы были белого цвета. Геометрический орнамент вывязывался красными и синими нитями. В большие холода поверх вязаных рукавиц надевали меховые, сшитые из шкуры оленя. Меховые рукавицы шили из белых и коричневых камусов мехом наружу. Иногда по краям делали оторочку из меха контрастного цвета либо из сукна. Рукавицы, входившие в состав праздничного костюма, украшались цветным лоскутом и бусинами.

Особое внимание саамы уделяли качеству и практичности обуви, так как во время перекочевок и на промысле им приходилось преодолевать большие расстояния. Изготовлением обуви занимались только женщины. Они обрабатывали шкуры, выделывали замшу, готовили инструменты, делали нити, раскраивали шкуры на заготовки, а затем шили из них различные виды обуви. Материалом для шитья служили шкуры оленя, нерпы, тюленя. Вся зимняя обувь мастерилась из меха, летняя – из кожи. Промысловую обувь делали в основном из шкуры нерпы.

Для пошива обуви требовался прочный материал. Для этого лучше всего подходили шкуры, снятые с ног оленя – «койбы», со лба – «лобики» и с подошв ног – «щетки». На одну пару высокой обуви, например, «яров», требовались шкуры с двух-четырех оленей. Если шкуры были тщательно обработаны, подобраны и сшиты хорошей мастерицей, то такая обувь служила очень долго. Так, например, «пимы» и «бурки» носили по два-три десятилетия, периодически только меняя подошву. Для изготовления низкой обуви, помимо меха оленя часто использовали замшу «ровдугу». Она шла на короткие голенища.

Шитье обуви из шкур было очень трудоемким процессом. Девушки и женщины, овладевшие этим искусством, были на особом счету. Так, например, у кольских саамов первой сватали ту девушку, которая умела шить «настоящие «яры». Для того, чтобы обувь была безупречной в носке, требовался не только точный крой, но и специальные инструменты и нити для шитья. Прежде всего, нужно было подготовить особую иглу «грянку». Ее делали из больших стальных иголок следующим образом: верхний конец обламывали, а затем затачивали иглу напильником так, чтобы на конце иглы образовались три грани. Сшивали обувь специальными нитями, скрученными из оленьих сухожилий. Иногда при шитье использовали нити из сухожилий лосося.

Летом саамы носили «нюреньки» с мягкой подошвой, зимой – «яры» – длинные сапоги из шкур молодых оленей. Также были распространены «кеньги» – короткие башмаки с голенищем из кожи или замши – и «пимы» – высокая мягкая обувь из оленьих шкур, сшитых мехом наружу, их украшали цветным кантом и орнаментом из сукна. И «нюреньки», и «яры», и «кеньги» отличались заостренными, приподнятыми вверх носками. Саамы Финмаркена зимой носили широкие мягкие башмаки с загнутым вверх носком из оленьей шкуры. Женщины и дети надевали «бурки» – сапожки, сшитые из оленьих шкур мехом наружу, с отделкой из сукна. Из шкуры морского зверя мастерилась промысловая обувь в виде высоких сапог – «тоборок». Домашнюю обувь саамы делали из меха, замши и шкуры нерпы. Она была в виде тапок с меховой опушкой по верхнему краю.

Для сохранения сухости и тепла саамы укладывали в обувь высушенную траву: ситник и осоку. Ее собирали летом, проминали деревянными колотушками, а затем сплетали в венки и в таком виде хранили до следующего лета. Одна порция травы, уложенная в обувь, служила несколько дней, а иногда и неделю. Когда трава намокала, ее вынимали и сушили у огня, а затем «растрепывали» в пушистый клок и опять помещали в обувь. Низкую обувь мужчины носили с вязаными шерстяными носками, а женщины – с чулками. Скандинавские саамы поверх короткой меховой обуви надевали специальные наголенники из сукна и оленьего меха.

Несмотря на территориальные различия в костюме представителей «оленьего народа», саамы всех групп едины своими загадочными и самобытными культурой и традициями.

Людмила Королькова,
кандидат исторических наук,
Российский
этнографический музей
Фотографии из фондов
Российского
этнографического музея






БЕРЕГИНЯ

Медведь-Ош горы свернёт

Чиновники и экономисты привыкли мерить «статус» учреждений численностью штата, количеством выделяемых «сверху» денег и рангом проводимых мероприятий: так легче считать, подводя итоги и балансы. В иерархии учреждений культуры, как правило, складывается именно такая ситуация. Тем приятнее оказывается удивление, с которым встречаешь сотрудников небольшого районного учреждения, которое буквально завораживает эффективностью своей
работы. Всё это в полной мере относится к Центру изобразительного искусства и прикладного творчества при Главе администрации Прилузского района Республики Коми.

– Наш Центр был открыт в селе Объячево в 1997 году постановлением Главы администрации Прилузского района, – рассказывает основатель и бессменный директор учреждения Валентина Христиановна Табачук. – Мы занимаемся пропагандой традиционной культуры, изобразительно-
го искусства и декоративно-прикладного творчества района, республики, народов финно-угорского мира. Особое внимание мы уделяем поддержке мастеров Прилузья, развитию традиционных промыслов и ремесел.

– Прилузский – издавна был перекрестком культур народов региона. Здесь мирно соседствуют прилузские коми, старожильческое русское население, немцы, марийцы, армяне и представители многих других национальностей. Сотрудники Центра бережно поддерживают богатые культурные
традиции района, сложившиеся в ходе многовекового культурного синтеза. Одних только мастеров в селах, деревнях и поселках Прилузья насчитывается более двухсот. Они занимаются художественной обработкой дерева, бересты, лозы, узорным вязанием, ткачеством, лоскутным шитьем, вышивкой, кружевоплетением. В селе Прокопьевка сохранился древний самобытный промысел по катанию валенок.

С 1998 года Центр проводит районный конкурс «Мастер – золотые руки». Но слава прилузских мастеров разнеслась далеко за пределы района: они принимают участие в Межрегиональном фестивале декоративно-прикладного творчества «Зарни кияс» (см. «Финноугория. Этнический комфорт» №4, 2008 год), республиканских выставках «Мастер года», «Вышитая картина» и других мероприятиях. Народный мастер России, жительница села Ношуль, Галина Смолева создала коллекцию стилизованных прилузских костюмов, выполненных в технике ручного ткачества. Эта коллекция была представлена сотрудниками Центра на первом Международном финно-угорском фестивале моды «Finno-Ugri: Art Style», который состоялся в Сыктывкаре в 2006 году.

В том же году при Центре открылась Школа юного мастера. Мастера-педагоги ежегодно приобщают до 100 детей к традиционной народной культуре, обучая их обработке бересты, росписи по дереву, ткачеству, лозо- и бисероплетению, гончарному делу, изготовлению кукол. Кроме непосредственных занятий в студиях с ребятами проводится творческая и воспитательная работа. В рамках реализации программы «Традиции живая нить» ведется поиск предметов крестьянского труда и быта, исследование традиционного лузско-летского орнамента, изучение мифологии древних финно-угров. Собранные материалы были представлены на выставках «Духовная культура народа коми», «Луздор Вась – пармалoн пи» (посвященная уроженцу района, коми писателю Василию Юхнину), «Мастер – золотые руки».

В содружестве с министерствами культуры и национальной политики Республики Коми, Финно-угорским культурным центром Республики Коми, Союзом мастеров Республики Коми и другими республиканскими учреждениями культуры прилузский Центр проводит в Объячево семинары и выставки для специалистов отрасли, мастеров, преподавателей, а также всех, интересующихся коми и русской традиционными культурами. Так, жители Прилузья смогли посетить международную фотовыставку «Взгляд: традиции и современность финно-угорского мира», выставки «Геральдика земли Коми» и «Мальчик из Перми Вычегодской». Последняя посвящена творчеству народного поэта Республики Коми Владимира Тимина.

Центр провел семинары по вопросам функционирования государственных языков Республики Коми (коми и русский), проблемам духовной культуры коми народа, пропаганде традиционной народной культуры, сказочным персонажам в произведениях коми художников и писателей. Кроме того, Центр приглашает членов Союзов мастеров и художников проводить мастер-классы и пленэры в Объячево. Организация сотрудниками учреждения выставок для жителей района – блестящий пример проведения подобной работы: специально созданные легкие передвижные стенды позволяют быстро перевозить материалы и разворачивать экспозицию в самых разных населенных пунктах.

Еще одним важным направлением деятельности Центра стал выпуск печатной продукции, представляющей работу мастеров, самодеятельных художников и краеведов.

– Нас часто спрашивают: как нам удается так много успевать в тех суровых условиях, в которых существует сейчас наша культура? Вечная нехватка финансов тормозит многие благие идеи и начинания, – говорит Валентина Табачук. – На это я всегда говорю, что в культуре очень просто не
работать, отговариваясь отсутствием денег. Но тот, кто хочет работать, просто изыскивает для этого возможности – ищет гранты, спонсоров, меценатов, понимание администрации, зарабатывает средства иными путями – и так или иначе добивается реальных результатов.

Слова у директора Центра не расходятся с делами. Учреждение активно участвует в различных конкурсах и регулярно получает гранты на собственные проекты. Неудивительно, что символом Центра в свое время был выбран Медведь-Ош – самый сильный лесной зверь, имевший особый мифологический статус в представлениях коми.

– 2009-й год объявлен в нашей республике Годом коми языка. Так получилось, что он совпал со 170-летием первого коми поэта Ивана Куратова. Поэтому самый последний по времени наш проект – подготовка экспозиции, посвященной жизни и творчеству основоположника коми литературы.
Наследие Ивана Куратова еще во многом не исследовано. Наши сотрудники будут привлекать учащихся и педагогов школ района к изучению личности первого коми поэта: только путем активного вовлечения аудитории в творческий процесс познания можно сохранить богатство культуры, накопленное веками, – заключает Валентина Табачук.

По материалам Центра
изобразительного искусства
и прикладного творчества при
Главе администрации Прилузского
района Республики Коми






Путешествие

Пойдём на Кадку!

Кадка – река, направляющая свой бег с севера на юг на западе Ярославской области. Начало она берет в Некоузском районе, спешит по Мышкинскому, а в Угличском впадает в реку Корожечну, а та – в Волгу. Длина ее – всего 57 километров. Но границы районов не мешают местности по берегам Кадки носить собственное имя. Московский великий князь Василий Тёмный в 1461 году завещал: «Даю своей княгине волость Кадку», а с 1575 года она получила название Кацкий стан. Сейчас употребляется и то и другое, а население бассейна реки называет себя кацкарями.

Сто лет назад в 130 селениях по берегам Кадки жили 23 тысячи кацкарей (в ближних городах Мышкине и Угличе было 2,5 тысячи жителей и 8 тысяч кацкарей соответственно). Стояли 11 каменных церквей и одна деревянная, 9 часовен, работали 27 школ, библиотека, больница, 22 ветряные мельницы и одна водяная, 11 маслобойных заводов, 6 сыроваренных и один кирпичный, 14 кузниц. Теперь селений – 80, кацкарей в них – 20 тысяч. Служит одна церковь, работает 5 школ, 4 детских сада, столько же библиотек, 5 домов культуры и клубов. Больница сохранилась, к ней добавились 4 фельдшерско-акушерских пункта. Есть у кацкарей собственный журнал «Кацкая летопись», 2 музея, 7 сельхозпредприятий (бывших СПК) и льнозавод «Мерга».

А еще Кацкий стан хорошо известен туристическим фирмам. Только за 2008 год в деревню Мартыново, где находится Этнографический музей кацкарей, приехали 560 автобусов с 20 тысячами экскурсантов. Экономический кризис мало сказался на потоке туристов: нынче на святки их приняли почти полторы тысячи.

Музей в Мартыново популярен оттого, что в нем не предлагают «суррогатных» сказок. Показывают современную жизнь деревни, естественно вырастающую из прошлой, где всё сохранилось, как встарь: диалект, мифы, особенности быта. Всё это подается радостно и со вкусом. Это нравится приезжим, стремящимся прикоснуться к своим корням. Потому что, куда больше ни отправишься, – везде шоу: Снегурочка – в Костроме, Яга – в Кукобое, мыши – в Мышкине… Весело, но ощущение реальности пропадает. А в Мартыново нет девиц в сарафанах с хлебом-солью и напитками в чарочках. Люди заняты своими делами, но с гостями не прочь поделиться хорошим настроением.

Итак, жизнь в Мартыново имеет ценность сама по себе. Что ни произойдет – всё тут же становится историей и записывается в журнал «Кацкая летопись». Потом он распространяется по волости, рассылается в почтовых конвертах подписчикам по стране, и туристы его увозят. В журнал обращаются отовсюду – со всей страны, из-за рубежа. И с гордостью признаются, что их предки – кацкари. В Этнографическом музее побывали уже англичане, голландцы, африканцы разных национальностей, по одному албанцу и японцу, немцев – целый велопробег… А на Масленицу прибыл полный автобус китайцев, студентов Института нефтехимической и газовой промышленности. Узнали, что «Китай»-то совсем рядом – кацкую деревню Нефино до сих пор так называют из-за ее былого многолюдья.

Мартыново обожают средства массовой информации. Когда накатывает меланхолия – съемочные группы направляются в Мартыново и никогда не ошибаются. Раза три в месяц обязательно кто-нибудь да заявится. В прошлом году приезжали телевизионщики «Останкино», «России», НТВ, Рен-ТВ, ярославских компаний… Всех тут уж не помнят. Разве что иностранцев: ЗАО «ВС Продакшн», которое готовит англоязычную программу «Wayfarer» («Странник»), – передача выходит на телеканале «Russia Today» («Россия Сегодня»), вещающем на Европу, США и Канаду. Жизнерадостный Сергей Николаевич Темняткин, главный хранитель музея, всем рассказывает о Белой Корове, символе счастья кацкарей. Настроение зрителей повышается с каждой секундой сюжета.

Тут самое время перейти к личности главного хранителя. Он же хранит не только музейные фонды, а весь Кацкий стан! Ему еще нет сорока лет, а многое успел. Он лауреат премии «За подвижничество» 2004 года, которую присуждает Международный благотворительный фонд имени академика Дмитрия Сергеевича Лихачёва: вручают диплом и статуэтку Дон Кихота. А в 2005 году Сергей Николаевич заслужил диплом первой степени национальной общественной премии «Серебряный голубь» в номинации «Литература и искусство»

– «За новизну и оригинальность произведения литературы». Это произведение – книга «Моя Кацкая Русь», изданная в Ярославле. Сельскому учителю удалось в начале 90-х годов прошлого века инициировать процесс самоопределения у населения бассейна реки Кадки и выстроить кацкую этническую общность. И то, что сейчас происходит здесь, как ни удивительно, прямо иллюстрирует знаменитую теорию этногенеза, выдвинутую Львом Гумилёвым.

Как положено, «в начале было слово». В 1992 году стала выходить газета «Кацкая летопись». Теперь ясно, что замечателен не сам факт издания местной газеты тиражом 800 экземпляров. Интересно другое: она была не деревенская – деревни Мартыново, а кацкая – для людей, разделенных границами округов, но сохраняющих хозяйственные, экономические и кровные связи. То есть она сразу имела этническую направленность. Основная интрига публикаций, а затем деятельности музея и клуба, образовавшихся вокруг газеты, состояла в поиске местных, кацких, черт, отличающих здешних людей от соседнего населения. Это получило сильный отклик у жителей. И так заново стала формироваться кацкая традиция. Потому что прежняя, вековая, к началу 90-х годов угасла.

К тому времени, например, перестало бытовать само название – кацкари. Но газета ввела его в оборот, и оно распространилось быстро. В 2001 году экспедиция из Санкт-Петербургского университета, приехавшая в Кацкий стан, заинтересовалась этим явлением и провела опрос населения: кто считает себя кацкарем? Оказалось, в основном молодежь, а треть стариков кацкарями не назвалась. Кстати, по Гумилёву, формирование новых этносов начинается с отделения, противопоставления какой-либо группы людей другим, и в самоназвании это тоже выражается.

А еще газета занялась сбором диалектных слов в рубрике «Великий могучий кацкий язык» и культивированием кацкого диалекта. Его ввели в работу музея, клуба и местных школ. Он стал символом объединения кацкарей и обрел вторую жизнь. Тут, говорит Сергей Николаевич, они пошли по пути Западной Европы. Во Франции и Англии учащимся преподают местные наречия, в школах устраивают «праздники диалекта», как у нас, скажем, «дни французского языка». Петербургские студенты спрашивали жителей деревень Кацкого стана: на каком языке вы говорите? Получали ответ: на кацком. И сделали определенный вывод о «социолингвистической реальности диалекта».

Академик Орест Борисович Ткаченко, реконструировавший мертвый мерянский язык, нашел бы в Кацком стане его живые отголоски. Кацких диалектных слов «цельнёё голомёно» – около двух тысяч. И если «бахорить покацкие, заволостные-то не больнё и смустят, про што розговор». Кацкий фольклор представлен «прибайкям» (небольшими стихами), «укоронами» (мифами) и «коменничаньям» (пьесами деревенского театра). Можно увидеть особенности в быту и в способах хозяйствования. А положил всему начало Иван-царевич браком с Царевной-лягушкой. Братья-царевичи пустили из луков стрелы – куда они залетели, там и посватались. «Братья Ивана-царевича женились на русских, а стрела Ивана упала в болото, и вернула ему стрелу не русская девица, а заколдованная Царевна-лягушка, представительница мерянского населения», – толковал сказку академик Б. А. Рыбаков. Иван с лягушкой жил в любви и согласии где-то на территории Мартыновского сельсовета. Здесь тысячу лет назад смешалось славянское племя – кривичи – с финно-угорским – мерянами. Их потомки – кацкари.

– Я прихожу, сразу говорю: «Вздравствуйтё!» – рассказывает главный хранитель этнографического музея Сергей Николаевич Темняткин. – Кацкари «ёкают»: вместо «е» в безударном положении произносят «ё»: «синёй», «вёсна», «полё», «знаёт»… Смешивают глухие и звонкие согласные: характерная детская ошибка на письме – «уточка» вместо удочка. Творительный падеж совпадает с дательным: «иду с друзьям», «возьми рукам»… Оригинальные окончания: «на зелёныем лугу».
Произношение: «биседа» – беседа, «фирма» – ферма… Диалектные слова: «отодубеть» – выздороветь (от финского «тудоба» – чувство), «мазистой» – красивый (от «мазе» – красивый). А еще «пунёга» – вьюга, «бараба» – быстрый, «кулига» – земельный надел, «кокой» – дядя…
И так далее. Селения почти не сохранили мерянские названия – за тысячу лет их вытеснили славянские. Остались Максаково («максак» – крот), Маурино («маура» – возвышенность), река Балахонка (сосновая), Сика (кабанья), Нерга (болотная), Пойга (лесная), Шумаронка (клюквенная), Кадка или Катка (каменная)… Кацкари-географы отыскали на картах далеких северных краев в тундре знакомые названия: озеро Кацкое и Кацкую реку.

Журнал «Кацкая летопись» выходит на русском языке, но с той долей диалекта, которая сейчас присуща здешней разговорной речи. Но также публикует фонетическую запись рассказов коренных кацкарей. Вот как выглядит в этом изложении основной кацкий «укорон» (миф) о Белой Корове, которая является «поконницей» (гербом, символом) Кацкого стана.

СОНЦО-БЕЛАЯ КОРОВА

Зимой ли в стужу, в лето ли-неслетьё, в вёсеннюю ли бездорожь или при осенниех хизах – всёгда при струшненьях Сонцо-Белая Корова. С бёла до тёмки маскалит Белая Коровушка по нёбёсной глобке, зыкая на земь солнешную светлядь. Так было всёгда, и так будёт впредь, покудова
стоит наш мир, и самую крепкую клятву обязательнё бают на Сонце-Белоей Корове. Светлядь с теплядью, радость да именьё, да и сама жизнь – всё ето передати Белоей Коровы. О том, хто щастливо живёт, кацкари сглумяна бахорят: «Ну, к нёму Белая Корова примаскалила!», а глумяноё кацкоё здорованьё звучало так: «Пуская к тёбе примаскалит Белая Корова!» А на зёмле, на кацкиех дворах, живут серёди людей еёные младшие сёстры – зёмные коровушки, такие жо мантурицы, дающие благополучие. Когда-то в кацкиех сёленьях обязательнё старалися завёсти онну на всех белоплёкую корову. Доглядывали: коли она вперёди стада с пастушни возвращалася – быть завтрашнему нню солнешныем, а делу подашливыем.

(«Баять», «бахорить» – говорить, «глобка» – тропка, «глумяной» – древний, «неслетьё» –
холодное и дождливое лето, «маскалить» – идти, «зыкать» – носить, «мантурица» – труженица, «хиз» – ветер).

Кацкие «укороны» – явление уникальное хотя бы потому, что они сохранились до наших дней. Не странно ли, однако, что мифы Древней Греции нам известны лучше? Демонология кацкарей образовалась возле их главных занятий – на протяжении столетий они были земледельцами и скотоводами, ими они и сейчас остались. В ответственных местах хозяйства кацкаря обитают духи-охранители: домовой, дворовой, банник, гуменник, в темноте сеней – бакатан, в колодце – букан… В основном они известны и по всему Русскому Северу. Кроме них, есть чугрей (у финских народов – шувгей) – злой дух в виде смерча, уносящий исключительно мужиков.

Чтобы предотвратить опасность, нужно, выходя их избы, перерубить свой первый след топором крест-накрест. А еще в Кадке обитает эксклюзивный, нигде больше не замеченный Уж-Палучато – искушение женщин. Это змея, которая приносит в дом богатство. Зажиточных людей так и зовут – «ужами». Палучато выглядит, как шляпа, хвост у него огненный, от него сыплются искры. И если по небу летит, а в это время крикнуть: «Аминь!», то он, что несет, то сбросит. В противном случае влетает в трубу к хозяйке, с которой знается. Если у нее наготове кринки – он туда молока доставит. Открыт сундук – зерна натаскает. Ужи являются только к представительницам слабого пола. Но за преступную связь надо платить – в итоге смерть придет ужасная. Сергей Николаевич Темняткин думает, что здесь произошло объединение двух верований: славяне поклонялись Волосу, меряне – Змее. А кацкарям в наследство достался Уж-Палучато.

Ну и пускай себе тешатся – может сказать человек посторонний, не имеющий отношения ко всем этим делам, занимающим население нескольких деревень. Однако, не говорит. Напротив, сюда едут и едут экскурсанты, внимательно слушают рассказы музейщиков об истории кацкарей, их нравах, обычаях, поверьях. Умиленно разглядывают вещи крестьянского быта, радостно участвуют в игровых программах и приходят в восторг от диалекта. Вот экскурсовод показывает туристам «берькюн» – плетеную корзину для сена – и говорит: «Если у вас курица заквохчет, накройте берькюном, а сверху, чтобы ее никто не наполохал (не напугал), одеяло набросьте или пальто». Смысл в том, что, когда курица хочет высиживать цыплят (в это время она заквохчет), а хозяйке это нежелательно, нужно проделать вот такую операцию. Надо видеть, с каким вниманием, затаив дыхание, выслушивают всё это москвичи – как будто получают жизненно важные рекомендации.

Дарья Моргунова, пресс-секретарь продюсерской компании «Арт Проект», написала в музейной книге записей: «Всё вдруг в мире встало для нас на свои места, достигло гармонии и равновесия. Ушло недовольство собственной жизнью, переживания по поводу собственных мелких проблем и больших проблем страны, из которых, кажется, нам никогда не выпутаться. Мы привыкли хныкать, пенять на правительство, оглядываться на Запад, страдать от бытовых неурядиц, видеть мир
мрачным, тоскливым, однообразным. А у вас по части бытовых проблем – как везде, но мироощущение другое. Вы подарили обыкновенному ощущение необыкновенного, чувство открытия, прозрения. Уезжая от вас, по-новому смотришь на свою жизнь, которая у тебя под носом, которая самая что ни на есть твоя, а не чужая, не за тридевять земель».

И об этом есть легенда у кацкарей.

Давно это было. Напали на нашу землю страшные враги. Все, кто вышел с ними сражаться, погибли. Некому было хоронить павших – и воды напитались смертельным ядом. Немногих уцелевших спас от жажды какой-то сообразительный мужичок. В русле реки нашел он родник – студеная водица била со дна, но мешалась тут же с отравой. Взял он кадку-кадушку – большую деревянную бочку, – выбил днище и посадил на родник. Ядовитую воду вычерпал, и вскоре наполнилась кадушка чистой ключевой водой. Все туда ходили, говоря: «Пойдем на кадку!» И реку назвали Кадкой.

Елена Петроченко,
г. Ярославль






Путешествие

В Калиновке заслышав голосок...

Часто бывает: собираясь в путешествие, намечаешь в голове маршрут, места, которые посетишь, людей, которых предстоит увидеть и... удивиться. А удивляться всегда есть чему…

Велика и богата людьми наша земля, и одной из самых сокровенных ее тайн является то, что старинные, отдаленные от центров цивилизации на несколько сот километров деревушки до сих пор хранят в себе «тайные клады» наших предков, которыми и сегодня можно только восхищаться. Завораживает в поиске таких сокровищ традиционной культуры само движение к цели, которую иногда толком не понимаешь…

Начало путешествия

Так и мы с Никитой Дорогавцевым, моим лучшим другом, а в проекте «Песни малых народов» (ethnicsongs.info) – PR-технологом сургутской радиостанции «Наше радио», тронулись в деревеньку с чудным названием Калиновка, что в Ишимском уезде Сорокинской стороны. Мы собирались записать песни бабушек, поющих и говорящих на древнем языке народа мокша. К сведению читателей, этот народ с уникальными традициями и бытом относится к финно-угорской группе уральской языковой семьи.

Мы выехали из Тюмени в душном и неудобном автобусе. Провожать нас пришли коллеги по работе и просто друзья. Было какое-то странное ощущение, что нас провожают как минимум на полгода, хотя мы знали, что вернемся спустя три-четыре дня. В душе каждый из нас беспокоился: всё ли взяли из аппаратуры, положили ли подарки для бабушек? Последние слова: «Надеемся, сотовые будут работать, так что будем держать вас в курсе всех событий. До связи! Пока…». Тронулись. Никита достал любимое произведение – книгу Довлатова, но разве в данном случае она интереснее того, что видишь за окном автобуса?.. Чем дальше отъезжали мы от Тюмени, тем больше понимали, что нас ждут. И вот спустя три часа, выйдя из душного автобуса, мы полной грудью вдохнули деревенский воздух…

На земле Ишимского района

Лидия Владимировна Зайцева, руководитель сельского ансамбля «Ванфтымане» («Вдохновение»), с супругом ждали нашего прибытия. Поздоровавшись, мы тронулись в Калиновку. На стареньком, но верном «москвиче» мы двинулись сначала по асфальтированной, а потом по проселочной дороге. Темнело, солнце становилось красным, скатываясь за горизонт, на ум лезли какие-то мысли, но вслух говорили только о предстоящих записях. Никита рассказал о проекте «Песни малых народов», Лидия Владимировна – о коллективе «Ванфтымане», а также о бабушках, которых мы будем прослушивать. Прямо какой-то кастинг, подумал я, но тут же отбросил эти мысли. Я знал, что мы едем в место с интересной песенной традицией, сохранившейся так далеко от «коренной» территории расселения народа мокша. В пути я расспрашивал Лидию Владимировну об истории деревни, о населяющих ее людях…

Из сельской летописи

Как появилось селение с названием дерева, воспетого во многих русских народных песнях и былинах? Разобраться в этом нам помогает местная летопись, хранящаяся в школьном музее Калиновки.

«В 1924 году, когда по всей стране проходила коллективизация, недалеко от Ишимского уезда
основалась деревня Калиновка.

А было это так:
Один крестьянин, Одышев Иван Петрович из Мордовии, защищая молодую Советскую Республику от белогвардейцев в Ишимском уезде, обратил внимание на редко населенную местность, изобилие пустующих земель, лугов, лесов. Когда вернулся домой в Мордовию, стал рассказывать про сибирские просторы, прекрасные пастбища для скота. Стал вести с тамошним народом разговор о переезде в Сибирь. Желающих оказалось много, особенно из бедноты. В 1924 году весной из Пензенской губернии Краснослободского уезда – из деревень: Старая Потьма, Старое Зайцево, Курташёво – приехали в Сибирь 8 человек. Это были: Левин Максим, Одышев Иван Петрович, Среднев Григорий, Мирошкин Семен, Мирошкин Дмитрий, Гуляйкин Матвей, Никитин Иван, Кабанов Андрей Михайлович. Представители из далекой Мордовии приехали посмотреть здешние места, пригодны ли они для их жизни. Места им понравились, леса богаты, земли урожайные. А главное, много земли и ее не нужно делить, как это было в Мордовии. После успешной поездки у них окрепло желание переселиться в Сибирь на постоянное место жительства, но для этого нужно было разрешение.

Вернувшись домой, собрали совет, выбрали людей. Отправили ходоков в Москву – Одышева Ивана Петровича, Кабанова Андрея Михайловича. Они, приехав в Москву, обратились к Всесоюзному старосте Михаилу Ивановичу Калинину. Калинин обошелся с ними доброжелательно и не только дал денежную ссуду на перевозку имущества и живности по железной дороге до станции Ишим, но и на 3 года всех переселенцев освободил от платежей.

Таким образом, при поддержке самого Всесоюзного старосты жители Мордовии оказались в Сибири. Это место, на котором они поселились, решили назвать Калиновкой в честь М. И. Калинина». Так вот откуда столь русское название деревни, хотя и живут там почти уже век финно-угры! Первопоселенцам было очень сложно, потому что не было жилых помещений, практически всё начиналось с нуля, вспоминают старики. «…Первый дом был построен в 1925 году Мирошкиной Ксенье Семеновне. Избы эти были небольшие, неказистые, с маленькими окнами, крытые соломой. Но такие дома были лучше землянок. Обстановка в избах была бедная, деревянные топчаны, набитые соломой матрацы. Посуда деревянная, глиняная. В избах было грязно. Вместе с людьми жили зимой и животные, так как в первое время сараев не было. Но постепенно жизнь переселенцев налаживалась, так как они жили единолично до 1929 года. В этом году организовали коммуну».

Но всегда помогала жить песня. Как вспоминают мокшанские бабушки, пели и в радость, пели и в горе и даже, когда было очень тяжело, не забывали свои корни, традиции и историческую Родину. Так уж устроен был быт, что о горестях не задумывались, а всегда думали только о счастливой жизни, признаются сейчас старейшие жительницы села. «…Но грянул 1941 год. Война. Многие мужчины уходят на фронт. Проводив мужчин, жены и невесты сели на трактора – сеяли, убирали хлеб, кормили, одевали фронт и тыл. Калиновские трактористки: Гришина Наталья, Никитина Екатерина Ивановна. Многие из мужчин не вернулись с фронта домой…»

Расположение домов в Калиновке, как обычно в деревнях, рядное: один ряд длинный, основной – вдоль него проходит главная дорога. Другой ряд – параллельный основному – вдвое меньше, он выходит к школе и когда-то действовавшему зернотоку – сейчас здесь только ветер гуляет, дождь поливает старые постройки, и бурелом захватил все тропы человеческие…

Встречают мокшане песней и салом

Добрались мы от автовокзала до места почти за полчаса, к тому времени было уже довольно темно. Но нас ждали, собрали быстро на стол поесть. Мы, городские парни, очень удивились, увидев деревенскую пищу – хлеб, сало с мясом. Нас даже попытались угостить ченксемом (авт. – самогоном), но я предпочел свежее коровье молоко – питательно и вкусно! Где его можно с таким удовольствием попробовать, кроме как в деревне?.. Еще угостили нас березовым соком из кадки – никогда ничего подобного не пил, могу признаться. Мокшане традиционно заготавливают его на зиму в кадках, а потом долгими зимними вечерами радуют себя воспоминаниями о лете, когда достают из кадок березовый сок.

Мокшанские пача – всем блинам пример!

Наутро ждал нас сюрприз: хозяюшка приготовила настоящие мокшанские блины пача, они кардинально отличаются от эрзянских блинов (пачалксе). Таких вкусных блинов мы с Никитой не пробовали никогда. Делаются они из манки и молока, и сами блины втрое-вчетверо толще обычных русских блинов. Можно съесть пару пача с кружкой молока и быть сытым до обеда. Многое хозяюшки рассказывали нам о традиционных мокшанских блюдах и обычаях, бытовавших в семьях.

Но сейчас и время другое, и нравы поменялись у людей, поэтому молодое поколение не знает своих корней, не почитает традиции предков, часто и языка своего не знает, признавались они… Это и заботит бабушек Калиновки, ведь столько труда и сил пришлось ее основателям положить для того, чтобы деревня появилась и, будучи вдалеке от родного мокшанского края, ее жители смогли сохранить традиции и передать их будущим поколениям селян.

Запись – дело тонкое

На следующий день мы занялись записью песен для проекта, я волновался вдвойне, поскольку не знал, как всё у нас получится. Я знал, что подходящий материал есть, но как пройдет сама запись – об этом оставалось только мечтать. Однако всё получилось очень даже хорошо, записали около 20 песен. Первой защищать честь Калиновки перед микрофоном выпало Анастасии Федоровне Гераськиной (Наста Кузьмарясь), потом пели Татю Викай – старейшая жительница Калиновки, в том году ей исполнилось 86 лет, Марина Михайловна Балуева, Федосия Федоровна Шутова, Ната Петерлясь, Таря Валодясь и Верянь Ажерясь.

Работу мы проделали основательную, так что возвращались из Калиновки в Тюмень, переполненные ощущением счастья. Никита гадал, каким песням повезет больше, ведь в проект «Песни малых народов» войдет всего 10-12 песен, причем только две мокшанские. Музыканту Рустаму Мулачанову пришлось долго выбирать. Прошло более полугода, и он остановил свой выбор на… Наста-бабушке! Наста-баба почти ровесница Калиновки, родилась в ноябре 1925 года, была младшей в семье. Как вспоминает Наста-бабушка, в голодные предвоенные годы жилось очень тяжело. В четыре года она уже пасла овец, а вечерами помогала матери прясть шерсть – семья была большая, 12 детей, каждого надо было одеть. Когда немного подросла, пришлось работать в колхозе телятницей. Была первой по привесу молодняка по Сорокинскому району. Как призналась Наста-бабушка, приезжало с проверкой начальство, выпытывало, как она добилась таких результатов. А ее секрет был прост: она пускала телят на пастбище и пела им песни – те, которые ей перепели в детстве бабушка и мама. Вот некоторые из них…

Песня «Всюда, всюда, эрзянь авась» («Всюду, всюду эрзянская женщина») повествует о непростой доле девушки-сироты, ее тяжелой изломанной судьбе.

«С молодых лет осталась она сиротой, нет у нее ни отца, ни матери. И замуж вышла без мужа, – переводит смысл песни нам Наста-бабушка. – В простонародье «нагуляла» детей. А потом встретила молодого парня-сироту, влюбилась в него и ушла с ним, оставив дома детей своих».

Как призналась Наста-баба, эту песню она выучила у своей старенькой бабушки, а смысл ее состоит в том, что каждый поступок дается нам жизнью в качестве испытания, и надо верить в свою судьбу и любовь.

Вторая песня – «Эрзянь Полюнясь» («Эрзянская Поленька») – учила девушек быть скромными, не красоваться.

«Эрзянская Поленька, барышня, прихорашивается перед выходом на улицу: накрасилась, намазала волосы маслом, надела белое платьице, опоясалась роскошным поясом, голову повязала розовой фатой. От этого румянее у Поли лицо. Взяв в руки берестяной кузовок, она отправилась в лес. Все люди, прохожие, идут в лес по ягоды, а она сторонится их. Ищет глазами своего возлюбленного Эрзянь Ивашку», – пела нам Наста-баба.

Тут следует разъяснить читателям: песни эти мокшанские, но поется в них про эрзян. Сколь велика сила традиции: народы мокша и эрзя жили испокон веков бок о бок – и песни сочиняли друг про друга. Науке подобные факты известны, когда один народ может называть что-то свое словом из другого языка. К примеру, бога Рождества славянские народы называют Таусень (Тувансяй – «бог свиней», от эрзянского «туво» – свинья), а эрзяне – Коляда. Вот так и получается, что во все времена жизнью управляли Любовь и Песня. Любите свою культуру, сохраняйте свой язык и традиции, и тогда будет велика и сильна наша Родина!

Петрянь Андю,
Калиновка - Тюмень





ГАЛЕРЕЯ

Живая старина

 

БЕРЕЖЕНЬ

Тёплый дом

В сентябре 2008 года в Ижевске открылся Дом Дружбы народов. Он стал одним из примеров успешной практики многолетнего взаимодействия органов государственной власти Удмуртии с национально-культурными объединениями республики, деятельность которых направлена на межнациональное сотрудничество.

Прошел почти год – и Дом Дружбы народов стал настоящим этнокультурным, социальным, информационно-методическим и организационно-творческим центром Удмуртии. Здесь проведено более 170-ти различных мероприятий. В их числе крупномасштабные республиканские праздники – удмуртский «Гербер», татарский «Сабантуй»...

Дом Дружбы стал площадкой крупных всероссийских мероприятий: Всероссийского конкурса вокального искусства «Молодые голоса» в номинации «Музыка в стиле ЭТНО», Всероссийского фестиваля народов России «Воршуд» и других.

С 2008 года столица Удмуртии вошла в программу Совета Европы «Интеркультурные города», и Дом Дружбы народов стал его партнером в разработке и реализации Концепции стратегического развития Ижевска как интеркультурного города. Для этого есть все основания – в Ижевске проживают представители более ста национальностей.

В структуре этого замечательного Дома пять отделов, работающих по разным направлениям. Здесь осуществляется не только проведение государственных, национальных и межнациональных праздников, фестивалей, выставок, конкурсов, но и разработка и реализация просветительских программ национальной тематики для различных слоев населения, мониторинги межэтнических отношений, сбор и анализ информации об этнокультурном развитии народов Удмуртии. Дом
Дружбы народов призван содействовать и созданию благоприятных условий для социальной и культурной адаптации мигрантов.

Этнокультурный отдел сотрудничает с 30-ю национально-культурными объединениями Удмуртии, оказывает методическую, организационную поддержку в проведении круглых столов, форумов, конференций... Отдел анализирует и обобщает практический опыт, формируя и разрабатывая на основе потребностей национально-культурных объединений общие традиции. Вместе с Татарским общественным центром Удмуртии сотрудники отдела провели II Республиканский фестиваль детского художественного творчества татарской культуры «Йолдызлар янгыры» («Звездный дождь»), Первый Республиканский межнациональный чемпионат по фут-залу (его инициатором выступила Армянская общественная организация «Урарту»).

Отдел международного и финно-угорского сотрудничества занимается программами сохранения культуры, традиций и обычаев финно-угорских народов. Его основная задача – создание условий для развития международных контактов, формирующих культуру межнационального общения. Отдел ведет базу данных национальных творческих коллективов Удмуртии для их продвижения в международном культурном пространстве, а также курирует четыре творческих коллектива Дома: студию традиционного танца «Эктон корка», танцевальный коллектив «Шаян», хореографический ансамбль клуба «Бейт Гилель», этномузыкальный коллектив «Тылобурдо». Одно из знаковых мероприятий, которое второй год организует отдел, - это Всероссийский конкурс вокального искусства «Молодые голоса: музыка в стиле «ЭТНО». Он проводится для привлечения молодежи к традиционной музыкальной культуре (в том числе и народов финно-угорского мира) и для поддержки молодых талантливых российских исполнителей. Соучредителем этого конкурса выступает Министерство культуры Российской Федерации.

Сотрудники отдела вместе с Удмуртской молодежной общественной организацией «Шунды» провели в этом году Республиканский слет «Шундыкаровцев». Его участниками стали одаренные дети межрегиональной лагерной смены «Шундыкара» и его выпускники, нынешние студенты. Главное направление работы учебно-методического отдела - это, конечно, методическая помощь национально-культурным объединениям в организации курсов изучения языков, истории и культуры, практическая работа с детьми на базе татарской и армянской воскресных школ. Сотрудники отдела занимаются и просветительской работой – организуют вечера в тематических клубах. В клубе «Встреча» за музыкальным столом встречаются два поколения: пожилые и молодые знакомят друг друга с песнями «своего» времени. «Табань-клуб» сохраняет удмуртские семейные традиции. В нем участвуют семейные пары Ижевска и других городов и сел республики, приходят сюда и люди из среды творческой интеллигенции. Сотрудники отдела работают с дошкольными образовательными учреждениями, проводят детский финно-угорский фестиваль «Моя родня» («Чыжы-выжы»), конкурс «Пичи чеберайъёс но будись батыръёс» («Маленькие красавицы и растущие богатыри»), День Родного языка.

Отдел социокультурной деятельности обеспечивает условия для организации и проведения социально значимых мероприятий на площадке Дома Дружбы народов. Среди наиболее важных — Республиканский творческий конкурс «Искусство радуги» в рамках Республиканского проекта «Шагаем ВМЕСТЕ» и Республиканский творческий конкурс «Россия глазами детей». «Искусство радуги» организовала Ассоциация молодёжных национально-культурных объединений Удмуртии «Вместе» при поддержке нашего Дома. Главная цель конкурса — недопущение национализма и экстремизма в любой его форме. Конкурс «Россия глазами детей» проводится для выявления и поддержки юных талантов, а еще для продвижения русской культуры в молодежную среду (инициатива этого продвижения принадлежит Региональной молодежной общественной организации Удмуртии «Союз русской молодежи «Спас»).

Еще один отдел в структуре Дома Дружбы - информационно-издательский. Он обеспечивает информационное сопровождение мероприятий. Благодаря оперативной работе сотрудников отдела, все дела Дома находят освещение в республиканских средствах массовой информации. Отдел располагает современной мини-типографией. Он выпускает программки, приглашения на все мероприятия Дома. Чтобы не отставать от времени – иметь собственный информационный ресурс в интернет-пространстве, отдел работает над созданием сайта Дома Дружбы.

Из всего сказанного видно, что открытие Дома Дружбы народов в Ижевске стало одним из ярких культурных событий не только республики, но и всей России. А его работа - своеобразным символом стабильности межнациональных отношений в Удмуртской Республике.

Инесса Шумских

 







ВЕКТОР ДВИЖЕНИЯ

Финно-угорские журналисты учредили международную ассоциацию

В конце апреля в столице Республики Коми прошла работа II Международной конференции «Журналистика как инструмент поддержки культурного, этнического, природного разнообразия финно-угорского мира». Организаторами форума выступили Финно-угорский культурный центр Российской Федерации, Агентство Республики Коми по печати и массовым коммуникациям и Союз журналистов России. В работе конференции приняло участие более 30 журналистов из финно-угорских регионов России, Венгрии, Финляндии и Эстонии. Первый международный слет финно-угорских журналистов состоялся также в Сыктывкаре в ноябре 2008 года.

Как заявил на открытии форума Глава Республики Коми Владимир Торлопов, взаимодействие финно-угорских журналистов укрепляет связи между народами, способствует формированию единого информационного пространства. «Общение финно-угорских журналистов становится фундаментом для политических и экономических отношений между нашими родственными народами», – подчеркнул он.

По мнению В. Торлопова, уважение к родным языкам и культурам народов страны является базой для укрепления единства и суверенитета России. «Анализ показывает, что сегодня во всех финно-угорских регионах существует тенденция к объединению усилий по сохранению финно-угорского культурного наследия. Я надеюсь, что эта тенденция сохранится и появятся новые возможности для культурного диалога, реализации совместных проектов в финно-угорском мире», – заключил Глава Республики Коми.

Председатель Международного Консультативного комитета финно-угорских народов Валерий Марков поблагодарил представителей прессы за освещение культурных событий жизни финно-угорского мира и предложил журналистам разных стран и регионов активизировать контакты и обмен информацией. «Мы благодарны тележурналистам, которые начиная с первого Всемирного конгресса финно-угорских народов стали работать над тележурналом «Финно-угорский мир». И с 1993 года он выходит во всех финно-угорских регионах. Мы знаем о публикациях, затрагивающих проблемы развития народов, но стоит подумать над тем, чтобы такого рода обмен информацией происходил чаще и регулярнее», – подчеркнул он.

На пленарных заседаниях и круглых столах участники конференции обсудили вопросы специфики финно-угорской журналистики и ее значение для регионального развития. Отдельно рассматривалось влияние экономического кризиса на положение финно-угорских СМИ и возможности минимизации его последствий.

Неожиданный на первый взгляд тезис высказал в своем выступлении московский корреспондент венгерской газеты «Непсабадшаг» Гергей Нилаш: по его мнению, финно-угорская пресса должна как можно скорее перейти на современные формы подачи материала. «Сегодня финно-угорская журналистика находится в своеобразной «резервации», занимаясь освещением исключительно вопросов традиционной культуры и языка. Это ведет к консервации самой журналистики, да и потребителям малоинтересно читать материалы об одном и том же, – отметил он. – Финно-угорская журналистика должна стать современной, освещать мировые проблемы и события, если хотите, даже отказаться от местечковых вопросов. Только так она станет востребованной в наше время».

В противном случае, считает Гергей Нилаш, финно-угорским масс-медиа и литературе грозит сокращение числа читателей. «Я выступаю за модернизацию финно-угорской журналистики. Мы должны не только петь народные песни на венгерском языке, но исполнять своеобразный венгерский хип-хоп, рэп и другие явления современной мировой культуры», – смело заявил молодой венгерский журналист.

О необходимости поддержки двуязычия в коммуникативных средах финно-угорских регионов России сообщил депутат Государственного Совета Республики Коми, член «МедиаСоюза» Юрий Сарычев. «Совершенно очевидно, что издания, например, на коми языке не могут существовать без господдержки, так как их читатели – сельские жители – имеют сравнительно невысокий уровень доходов. Газета же на двух языках расширит ареал распространения издания и увеличит количество подписчиков в районах, что поможет выжить региональной прессе», – пояснил парламентарий. Участники представительного форума приняли решение о создании Международной организации финно-угорских журналистов (МОФУЖ). Учредительная конференция новой ассоциации состоялась 28 апреля. Решено, что эта организация будет способствовать становлению единого финно-угорского коммуникационного пространства, профессиональной деятельности журналистов и организации взаимодействия между ними. МОФУЖ будет содействовать созданию условий функционирования финно-угорских СМИ, обеспечению прав и свобод финно-угорских журналистов, развитию финно-угорских языков, популяризации культурного своеобразия финно-угорских народов в СМИ России, Венгрии, Финляндии и Эстонии.

Участники учредительной встречи утвердили устав, а также избрали правление МОФУЖ и ревизионную комиссию. Штабквартиру организации решено разместить в Сыктывкаре. Правление избрало президентом МОФУЖ Надежду Боброву, которая имеет большой опыт журналистской работы и ранее возглавляла Агентство Республики Коми по печати и массовым коммуникациям и Министерство культуры Коми. «Сегодня финноугорское движение вышло на новый этап развития. Необходимо расширить работу на информационном поле, поддержать те направления деятельности финно-угорской прессы, которые пока не удавалось активно развивать. Понимание этого у нас есть: руководство МОФУЖ наладит взаимодействие с журналистами в регионах и финно-угорских странах, которые будут выстраивать эту линию на местах», – заявила Надежда Боброва. Члены правления новой организации приняли решение обратиться с предложением о сотрудничестве к руководству Российской ассоциации финно-угорских журналистов, действующей с 2004 года.

Вице-президентами новой организации стали директор холдинга комиязычных изданий «Коми му» Александр Ульянов и представитель Венгерского радио Габор Немеш. Как отметил Александр Ульянов, создание МОФУЖ стало реализацией соответствующих решений V Всемирного конгресса финно-угорских народов, который состоялся в Ханты-Мансийске в 2008 году.

Участников учредительного собрания МОФУЖ поздравил с созданием новой общественной организации секретарь Союза журналистов России, председатель Комитета по защите свободы слова и прав журналистов Павел Гутионтов. «Я приветствую создание новой «горизонтальной» общественной организации, которая призвана объединить журналистов финно-угорских стран и регионов», – отметил он.

Первыми шагами новой организации стали подача документов на регистрацию в Министерство юстиции Российской Федерации, открытие представительства в интернете, сбор предложений по конкретным акциям и мероприятиям в финно-угорском мире. Представители МОФУЖ начали подготовку к участию в работе X Российско-Финляндского культурного форума, который пройдет в Сыктывкаре в октябре 2009 года.

Юрий Попов

 





ЗДРАВНАЯ

Не пей из ведра - сопливого родишь

Появление на свет младенца – радостное событие, которого с нетерпением ожидают и ожидали во все времена родители разных национальностей. Финно-угорские народы также придают рождению ребенка особое, порой сакральное, значение. На протяжении веков у финно-угров формировался определенный неписаный кодекс правил поведения беременной женщины. С точки зрения современной педиатрии многие его положения кажутся лишенными прагматического смысла, однако к некоторым советам предков стоит прислушаться и сегодня.

Существовал целый ряд предписаний, которые надлежало выполнять беременной женщине в конце ХIХ – начале ХХ века. О физическом и умственном здоровье детей заботились задолго до их рождения. У карел, например, считалось, что для появления здорового потомства невесте и жениху после венчания полагалось выпить сначала молока, а после – ягодного сока. Тогда дети рождались белолицые и румяные.

Чтобы ребенок родился здоровым и не имел физических недостатков, с момента наступления беременности и до родов женщина должна была придерживаться ряда запретов. Считалось, что беременная, опасаясь «сглаза», должна была скрывать свое положение как можно дольше и ни в коем случае не рассказывать о времени родов. Когда же ее статус становился известен родным, старшие женщины следили за тем, чтобы будущая мать строго следовала определенным предписаниям. Через систему запретов можно было выявить общие представления о том, каким надлежало быть будущему соплеменнику. Нарушение запретов на посещение «нечистых» мест, на употребление некоторых видов пищи, использование специфической лексики могло отразиться на облике, здоровье, поведении будущего ребенка и даже на его способности стать полноценным представителем своей этнической группы. Склонность ребенка к воровству или сквернословию часто объяснялась тем, что мать во время беременности брала чужое и употребляла бранные слова.

Некоторые «неудачные» с точки зрения представлений о традиционной привлекательности черты внешности могли появиться также в силу нарушения родителями определенных запретов. Например, бесермяне считали, что беременной нельзя стричь волосы, иначе она сократит жизнь ребенка. Нельзя смеяться над калекой – новорожденный будет с физическиминедостатками. Нельзя бить животных, убивать насекомых – младенец родится мертвым или с родимыми пятнами на теле. Мать, присвоившая чужой предмет, особенно если он темного цвета, подвергала дитя риску родиться с пятнами. По той же причине беременной не  рекомендовалось иметь дело с вещами красного цвета и красить яйца на Пасху. Таким образом, мать несла ответственность не только за жизнь и здоровье будущего ребенка, но и за его привлекательность. Именно ее обвиняли родственники в том, что малыш рождался с каким-либо дефектом. Например, если на лице у новорожденного было пигментное пятно, могли сказать, что мать «собаку пнула», а если кожа малыша отдавала желтизной – «много яиц ела». Причину несоразмерности частей тела усматривали в том, что беременная женщина производила непозволительные виды деятельности. Например, длиннорукость, по представлениям некоторых народов (в частности, мордвы, удмуртов и др.), связана с тем, что женщина развешивала белье и высоко поднимала руки. Также беременной нельзя было работать «внаклонку». Будущая мать не должна была ничего шить и вязать, иначе ребенок в утробе запутается в пуповине. Считалось, что беременная женщина не должна сидеть, положив ногу на ногу, иначе младенец будет кривоногим.

По представлениям наших предков, нравственные качества, основы характера и внешности не только закладываются, но и подвергаются корректировке уже на этапе беременности. Комплекс табу, связанных с вынашиванием ребенка и его рождением, опосредованно раскрывает те физические и нравственные качества человека, которые в деревенском сообществе признавались нормой или, напротив, были нежелательны.

Считалось, что необходимо принимать меры по сохранению здоровья ребенка задолго до его появления на свет. Особое значение имела магическая защита. Беременная женщина носила при себе различные амулеты и обереги: иголки с обломанными ушками, острые металлические предметы, когти и зубы животных, рыб и т. д. Особенно эффективными, а потому обязательными, были обереги, якобы закрывающие, ограждающие тело беременной и плод от проникновения вредоносных сил, дурного глаза, от возможности подмены. Такой защитой могли служить веревочка, кусочек сети, поясок на талии, нитка с ягодой пиона, бусы, крестик на шее, платок на голове. В некоторых случаях беременная могла носить два пояса, повязав один под одеждой. Считалось, что функцию оберега выполняла булавка или брошка, приколотая с изнанки одежды. Полагали, что будущая мать не должна рассказывать о своем самочувствии посторонним.

По представлениям марийцев, в период беременности женщина должна была соблюдать предписанные обычаем запреты в отношении определенных предметов и действий, чтобы роды прошли благополучно и ребенок был здоров. Ей запрещалось хранить что-нибудь за пазухой. Это якобы вело к появлению у младенца бородавок или пигментных пятен. Нельзя было перешагивать через оглоблю, ибо это могло привести к рождению ребенка-горбуна. Чтобы ребенок не родился с загнутой шеей, беременной запрещалось переступать и через коромысло. Женщины остерегались пить из ведра: ребенок будет сопливым. Беременной советовали не употреблять в пищу куриную печень: у младенца будут синие губы. Она не должна была садиться на стул деда или престарелого члена семьи, ей запрещалось смотреть на покойника и т. д. Если беременная участвовала в похоронах близкого человека, то ей следовало носить в кармане серебряную монету.
По представлениям марийцев, характер будущего ребенка зависел от поведения матери в момент первого шевеления плода. На кого беременная посмотрит в этот момент, таким по характеру и внешнему виду и становился будущий ребенок. В основе обычаев, связанных с вынашиванием младенца, преобладало стремление создать максимум условий для рождения здорового и красивого ребенка.

Весьма любопытны сведения о запретах беременной, записанные в начале ХХ века финским исследователем Самули Паулахарью: «Нельзя решето в руки брать – у ребенка глаза болеть будут. Нельзя сидеть на пороге – будет ребенок завистливым. Нельзя на обгорелом дереве сидеть – ребенок будет черноголовый. Нельзя сидеть на оглобле, когда сани на улице, а оглобли на земле, – ребенок будет кривой. После бани нельзя сушить лицо полотенцем – ребенок будет краснощеким. Нельзя ходить под ситом или под тканью – останется ребенок низкорослым. Нельзя смотреть на заячью морду – ребенок будет некрасивым» (цит. из монографии О. П. Илюха «Школа и детство в карельской деревне»). Также согласно поверьям опасно наблюдать за разделкой животных или смотреть на пожар – ребенок будет страдать эпилепсией… Нельзя ходить на кладбище, там беременную подстерегает «калме» – дух смерти ребенка. Следует остерегаться ходить в лес, где можно встретить медведя… Если в утробе мальчик, медведь сразу же набросится и убьет, ведь он знает: кто носит мальчика – носит его будущего врага. Беременной женщине нельзя ругаться и спорить – будет ребенок сквернословить. Нельзя петь – родится плакса. Надо ходить в чистой одежде – ребенок будет чистюлей…

Множество запретов касалось и еды. Есть рыбьи головы – значило обречь дитя на головные боли. Жареную картошку – подарить ему дурную внешность. «Если есть с тарелки – ребенок будет с большим ртом.

Если пробовать пищу прямо из котелка – ребенок будет вором, а если еще и тайком – родится злюка. Если есть соль – ребенок будет жадным...»

Таким образом, у всех народов таинство зарождения новой жизни было сопряжено с целым рядом мер по ее защите. В противном случае, ребенок мог получить отметки, которые наглядно
свидетельствовали о неправильном поведении будущей матери.

Елена Колчина,
Российский этнографический музей
(г. Санкт-Петербург).

 






ЭТНО-АРТ

Карельская весна в Ингерманландии

В Петербурге уже второй год проходят уникальные фестивали северо-западной музыкальной культуры

На разного рода конференциях и конгрессах немало говорится о том, что народную культуру надо продвигать в массы и модернизировать, в том числе и за счет интеграции ее в современную музыку. Действительно, музыка для молодежи – один из важнейших атрибутов самоидентификации. Кроме того, она может служить отличной визитной карточкой народа. Впрочем, чаще слышатся именно разговоры, а не музыка... Чиновники склонны задавать пространные вопросы: как же нам стимулировать молодежь, чтобы она играла народную музыку вместо копирования западных поп-групп... Между тем ответ лежит на поверхности: нужно организовывать тематические фестивали, причем силами самих музыкантов.

Уже второй год в Петербурге, на территории древней Ингерманландии, исключительно на общественных началах проходят фестивали северо-западной музыкальной культуры «Карельская Весна» и «Карельская Осень». Идея мероприятия – объединить на одной сцене группы, играющие финно-угорскую, скандинавскую и северорусскую музыку в современном прочтении. Почему же «Карельская Весна»? – спросите вы. Название, несколько не вяжущееся с местом проведения, возникло по двум причинам. Во-первых, слово «Ингерманландия» труднопроизносимое и неизвестное: слишком уж много в свое время советская власть сделала для того, чтобы оно забылось. Во-вторых, собственно в Санкт-Петербурге и Ленинградской области групп, попадающих под формат фестиваля, немного. Хедлайнерами мероприятия чаще всего становятся команды из Карелии, где фолк и фолк-рок очень хорошо развиты благодаря отдельным
активистам и финно-угорским кафедрам в Петрозаводской консерватории и университете.

На сегодняшний день мы провели уже три фестиваля: две «Карельские Весны» и одну «Карельскую Осень». В планах на грядущий октябрь – еще один сейшн из подобной серии. Первым хедлайнером фестиваля стала фолк-группа «Skylark», потом – «Sattuma». На последней «Весне» мы фактически возродили после двухлетнего забвения легендарную петрозаводскую команду «Myllarit». Во многом благодаря гастролям в Петербурге они снова начали творческую жизнь, а ведь еще несколько месяцев тому назад мало кто надеялся вновь увидеть их на сцене. Мне кажется несправедливым, что в Петербурге – фактически столице региона с богатейшим финским и шведским прошлым – так мало внимания уделяется музыкальной культуре Северо-Запада. Тому причина – физическая и идеологическая зачистка коренного народа нашего края в советские годы... А ведь вплоть до XX века в Ингерманландии и Карелии много столетий сосуществовали русскоязычная и финноязычная культуры, рождались музыкальные традиции. Увы, сегодня немногие о них помнят. У большинства жителей Карелии искреннее удивление вызывает то, что, оказывается, народные карельские песни исполняются в основном на финском диалекте. Не говоря уж о Петербурге: тут вообще практически никто не знает, где же находится Ингерманландия... Вот и получается, что организаторы и участники фестиваля, возрождая и трансформируя старые традиции, несут вполне определенную просветительскую функцию.

Конечно, когда мы со знакомыми музыкантами собирали первую «Карельскую Весну», таких глобальных мыслей у нас еще не возникало. В инициативной группе не было ни одного финно-угра, и никакую идею мы, по сути, не преследовали. Мы просто хотели привезти легендарный «Skylark», а чтобы им было не одиноко, начали искать в Петербурге коллективы, играющие в похожей стилистике. Каково же было наше удивление, когда выяснилось, что в Петербурге большие
проблемы с финно-угорскими и скандинавскими фолк и фолк-рок коллективами.

На пятимиллионный город единственной подходящей нам командой оказалась группа «Бестиарий». Они играют водский фолк, их лидер Катя Кузнецова – одна из немногих оставшихся на родной земле вожан, глава водского культурного общества Санкт-Петербурга. Справедливости ради стоит отметить, что при землячествах и культурных центрах были и есть народные ансамбли и хоры (например, фолк-группа «Korpi» при «Inkerin Liitto»). Но они, увы, слишком упирают на статичную традицию и аутентику – такой музыкой молодежь заинтересовать сложно. В итоге, чтобы «добрать» состав выступающих, пришлось в срочном порядке создавать группы, благо в Питере среди музыкантов подобные идеи давно зрели, но играть финскую, карельскую и ингерманландскую музыку было попросту негде. Из музыкантов «кельтских» команд и их друзей образовались группы «Корела» и «Pohjola». Именно они сыграли на первом фестивале вместе со «Skylark» в апреле 2008 года. Возможно, со временем начнут появляться в Петербурге и другие финно-угорские нео-фолк команды. Недавно этой идеей заинтересовались питерские удмурты и марийцы. Что получится в результате, пока не известно, но тенденция обозначилась.

Конечно, пока масштаб наших фестивалей достаточно скромен: мы не можем приглашать много иногородних и тем более зарубежных групп – на самоокупаемости широко не развернешься. К слову, один только гонорар (не считая оплаты трансфера и размещения) шведской команды «Hedningarna» составляет 15 тысяч евро. Это при том, что бюджет последней «Карельской Весны» едва превысил 30 тысяч рублей. Естественно, без помощи культурных фондов действительно значимого мероприятия не организовать. Сейчас мы ведем переговоры с Институтом Финляндии о спонсировании финскими фондами приглашения групп из Суоми, а также с эрзянскими культурными деятелями. Возможно, уже осенью мы сможем существенно расширить географию
фестиваля.

Пока же разного рода официальные организации относятся к фестивалю без особого доверия. Тот же «Inkerin Liitto» поначалу с большим скепсисом смотрел на наше начинание. Но это лишь поначалу. На эту осень уже запланировано выступление их молодежного крыла в составе модернизированного хора «Korpi»: процесс коммуникации пошел. Надеюсь, что и у других организаций культуры рано или поздно возникнет интерес к «Карельской Весне». Мне кажется, что национальные фонды должны быть заинтересованы в экспансии своей музыкальной культуры. А нам нужно просто заработать определенный авторитет и установить как можно больше партнерских связей с людьми, которым небезразлично настоящее и будущее финно-угорской этнокультуры и ее популярность среди молодежи.

Андрей Чепелев

Андрей «Герт» Чепелев
Родился в 1987 году в Ленинграде.
В 2004 году окончил лицей и музыкальную школу по классу
тромбона. В 2009-м окончил Северо-Западный институт печати по специальности «Реклама».
С 2006 года играет в авангардном фолк'рок проекте «Конец летА», с 2008-го – в ингерманландском фолк-панк проекте «Лахденпохья» (флейты, волынки, перкуссия, вокал).
С 2007 года организует концерты и фестивали.
С 2008 года работает в сфере журналистики и пиара («Санкт-Петербургские Ведомости» и другие издания на фрилансе).
Интересы: музыка, автомобили, культурология, Ингерманландия.

 

 






ПОРТРЕТ ЭТНОСА

Энцы

Только на полуострове Таймыр, по берегам реки Енисей,  живет народ энцы... Среди коренных этносов Таймыра энцы – самый малочисленный. На сегодняшний день осталось всего около ста представителей этого уникального народа!

А сотни лет тому назад энцев насчитывалось несколько тысяч. Это известно из научных трудов российских ученых Б. О. Долгих и В. И. Васильева. Исследователи истории народа отмечают, что энцы в своем развитии прошли много сложных и даже трагических этапов. Большой урон наносили болезни. Например, эпидемия оспы в 1630 – 1631 годах стерла с лица земли некоторые древние энецкие роды. Непоправимые последствия имели также многочисленные притеснения со стороны соседних этносов: ненцев, эвенков, селькупов, нганасан. Причина столкновений – раздел территории.

Вопрос происхождения энцев был довольно сложен, многие моменты ранних этапов истории народа неясны. Есть предположение, что в первом тысячелетии до нашей эры на юге Сибири существовал древнесамодийский этнос, который дал начало предкам энцев, ненцев и частично нганасан. Древнесамодийский этнос, вероятно, просуществовал до нашей эры. Под воздействием более сильных соседних этносов самодийский этнос раскололся на отдельные народы и этнические группы, которые по ряду исторических причин были вынуждены покинуть родные места и переселиться в глубь западносибирской тайги, а затем в лесотундру и тундру.

Продвижение энцев с юга на север шло двумя волнами, начиная с IX века нашей эры. С первой волной связано появление на Севере предков энецких родов Чор, Ючи, Бай. Пути продвижения на север этих групп, вероятно, пролегали по Верхнему и Среднему Тазу. Около XIII века произошло второе продвижение энцев на север. В основном это были Маду, Сойта и Могади, которые впоследствии приняли участие в формировании тундровых и отчасти лесных энцев. Путь, по которому двигалась эта группа, пролегал по левобережью Енисея. Со временем эти энцы достигли бассейна рек Большая и Малая Хета и заселили низовья Енисея. К XVII веку окончательно складываются два подразделения энцев: тундровые и лесные. Широкому миру энцы известны с XVI века. Первыми с ними познакомились русские. Почти за сто лет до похода Ермака русские уже имели немало сведений о Западной Сибири и населяющих ее народах. В Архангельске, Великом Устюге, Пустозерске (ныне Нарьян-Мар) и иных городах Русского Севера регулярно снаряжались торгово-промышленные экспедиции. Их участники на свой страх и риск устремлялись за Урал, в земли «остяков и самоедов». Возвращались они нагруженные мехами – шкурами песцов, соболей, медведей, оленей. Из рассказов тех времен сложилось новгородское сказание «О человецех, незнаемых в Восточной стране». В нем говорится: «На Восточной стране, за юкогирскою землею, над морем живут люди самоедь, зовомы молгонзеи».

Слово «молгонзеи» связано с названием города Мангазея. Так назывался острог, возведенный русскими служилыми людьми на реке Таз и в течение почти всего XVII века являвшийся опорным пунктом их продвижения в восточносибирские земли. Название возникло, вероятно, из двух энецких слов – «могади дя», что в переводе означает «земля лесных энцев рода Могади». В те далекие времена бассейн реки Таз был населен главным образом лесными энцами, и город Мангазея, по сути, был столицей энецкого края.

После образования Таймырского национального округа в 1930 году энцы еще длительное время продолжали кочевать по своим исконным территориям. Пасли оленей, рыбачили, охотились и всем необходимым обеспечивали себя сами. Жили, соблюдая свои обычаи. Семьи были многодетными, говорили на родном языке, носили национальную одежду, ели традиционную пищу. Летом жили в чумах, зимой – в балках.

По энецкому обычаю, если гость впервые вошел в твой чум, принять его следует радушно, накормить и обязательно сделать достойный подарок. Старики говорили: «Если будешь соблюдать этот обычай, твой дом никогда не покинет удача, благополучие и достаток». По давним поверьям, медведь является родоначальником энецкого рода Могади, поэтому говорить о нем плохое, а тем более убить его – большой грех. А когда в семье рождался мальчик, старейшина рода проводил ритуал: хлопал мальчика по спине медвежьей лапой. Считалось, что тогда он вырастет сильным, здоровым и удачливым. Традиции народа соблюдались и в шитье одежды. Зимняя национальная одежда энцев похожа на одежду ненцев и ханты. Мужская малица (меховая зимняя одежда ворсом на внутреннюю сторону) глухого покроя, длиной до колен, внизу дополняется двухслойной опушкой из черного тонковорсного меха оленя. Капюшон и рукавицы наглухо пришиваются к малице. Современные энцы поверх малицы шьют чехол из тонкого однотонного сукна или плотной ткани. Как малица, так и чехол по краю горловины, рукавов и подола расшиваются полосками яркой однотонной ткани. В сильные морозы мужчины поверх малицы надевают сокуй. Сокуй, как и малица, глухого покроя, с капюшоном, чуть длиннее малицы. Шьют сокуй из осеннего тонковорсного меха, ворсом вверх. Опушка капюшона и подола бывает из белого пушистого оленьего меха. По спине и рукавам свисают недлинные тесемки из меха и яркого сукна.

Женская парка – двухслойная, распашная и без капюшона. Верхняя парка – из черного, белого, пестрого, тонковорсного осеннего оленьего меха. Воротник делается из белого песца или зайца. Внутренняя парка – из густого зимнего меха оленя. Рукавицы пришиваются к внутренней парке. Верхняя и внутренняя парки сшиваются между собой по всему перметру. Женская зимняя шапка тоже двухслойная, по форме напоминает капор. Она расшивается орнаментом и яркими тесемками из сукна. Сзади на спину свисают тесемки из ровдуги с нанизанными крупными бусами, на конце которых пришиты тяжелые декоративные металлические подвески. Обувь (бакари) двухслойная, очень высокая. Шьют бакари из черных или белых камусов (меха с ног оленя), расшивают орнаментом, яркими полосками меха и сукна. Внутренние чулки шьют из густого зимнего меха. Мужская и женская обувь различаются орнаментами. Летом женщины носили парки, а мужчины сокуи, пошитые из сукна. Обувь шили из ровдуги («тозы» по-энецки) – летники. Они могли быть как короткими – по колено, так и очень высокими, как бакари.

Сейчас энцы ведут оседлый образ жизни. В основном проживают в поселках и городах. В районе поселка Потапово на левом берегу Енисея существует одна оленеводческая бригада братьев Болиных. В тухардской тундре кочуют смешанные семьи Силкиных и Каяриных, которые создали семейно-родовые хозяйства. У этих семей корни и энецкие, и ненецкие, а язык общения – русский. «С объективной точки зрения, энецкий народ находится в стадии исчезновения. Поэтому, пока существуют энцы, хотя бы и в небольшом количестве, надо позаботиться о том, чтобы их материальная и духовная культура не исчезла бесследно. Надо записывать фольклор, воспоминания пожилых энцев о прожитой жизни, а может, даже провести фестиваль или праздник энецкой культуры.

Очень важно издать уже подготовленные книги об энцах», – отметил в своей статье «Энцы: история древнего народа» главный специалист по фольклору Таймырского окружного центра народного творчества Казимир Лабанаускас в октябре 1999 года.

Уроженец далекой литовской земли искренне стремился помочь сохранить древнюю культуру северных народов Таймыра, языки и памятники устного народного творчества. К большому сожалению, Казимира Изидоровича сегодня с нами нет, но благодарная память о нем навеки останется потомкам энцев. Он автор бесценного труда – книги «Родное слово» (2002 г.). Это сборник энецких песен, сказок, легенд, которые были записаны со слов знатоков энецкого фольклора и языка.

Энецким языком ученые стали интересоваться давно. Первая энецкая сказка была опубликована А. П. Степановым еще в 1835 году в книге «Енисейская губерния». Первым, кто стал изучать и записывать энецкий язык, был финский ученый-этнограф Матиас Александр Кастрен. Еще в 1840 году в составе научно-исследовательской экспедиции он ездил в северо-западную и южную Сибирь с целью установления происхождения финнов. А в 1862 году, после смерти ученого, на основе его трудов на немецком языке была написана «Грамматика и словарь самодийских языков», где представлена и грамматика энецкого языка. После М. А. Кастрена долгое время энецким языком ученые не интересовались. И только с 1930 года исследования языка были продолжены известным советским лингвистом и этнографом Г. Н. Прокопьевым.

На сегодняшний день у энцев нет ни грамматики, ни букваря. Люди, пишущие на энецком языке, опираются лишь на свою интуицию. Правда, очень обрадовали энцев недавно изданные Институтом лингвистических исследований Российской Академии наук две книги на энецком языке с русским переводом. Это «Энецко-русский словарь» (2001 г.) и «Энецкие тексты» (2005 г.) авторов И. П. Сорокиной и Д. С. Болиной. Работы по исследованию языка продолжаются и сегодня. Три года назад изучением энецкого языка активно занялся научный сотрудник кафедры уральских языков факультета философии Тартуского университета Флориал Сигл (Эстония). Уже два года энецкий язык исследуют научные сотрудники, кандидаты филологических наук Института эволюционной антропологии имени Макса Планка (г. Лейпциг, Германия) О. В. Ханина и А. Б. Шлуинский.

Несмотря на свою малочисленность, энцы принимают участие в культурных мероприятиях, проводимых в Таймырском муниципальном районе, Красноярском крае и за пределами России. На традиционном фестивале «Фольклорная классика Таймыра», организатором которого выступаетТаймырский Дом народного творчества, представители энцев пропагандируют свою культуру: исполняют песни на родном языке, рассказывают сказки, легенды, ставят театрализованные сценки из традиционной жизни народа, показывают обряды. В газете «Таймыр» в рубрике «Родное слово» ежемесячно выходит страница на энецком языке. Первые выпуски страницы в 1996 году были подготовлены Д. С. Болиной, в настоящее время автором текстов на энецком языке является З. Н. Болина.

Река человеческой жизни неумолимо бежит вперед, меняет русло, иногда безжалостно смывает вековые устои целых народов. Энцы XXI века живут сегодня по иным законам. Не соблюдаются многие обычаи, ритуальные обряды, забывается традиционный уклад жизни. Но жива еще генетическая память этноса. На уровне подсознания представители этого малочисленного
народа тянутся к своим корням… И не теряют надежду на то, что их потомки, прочитав книгу или прослушав звукозапись на энецком языке, скажут: «Так говорили наши предки, и мы хотим знать язык и культуру своего древнего народа...»

Зоя Болина,
методист по энецкой культуре
Таймырского
Дома народного творчества


Зоя Николаевна Болина
– представитель энецкого народа, знаток энецкой культуры и носитель родного языка.
С 2006 года работает методистом по энецкой культуре в Таймырском Доме народного творчества. Занимается описанием обрядов и обычаев на энецком языке,переводами энецких сказок и легенд на энецкий язык, работает над проектами изданий: «Картинный словарь энцев» и фольклорного сборника «Чтобы знали потомки», включающего в себя загадки, пословицы, поговорки, легенды, предания, сказки, песни, стихи на энецком и русском языках. Ведет методическую
и просветительскую работу.

Постоянный участник традиционного фестиваля «Фольклорная классика Таймыра», а также различных фестивалей межрегионального, всероссийского и международного масштаба. З. Н. Болина сотрудничает с российскими и зарубежными учеными-языковедами, интересующимися энецким языком.

 






ВЕРЕНИЦА СОБЫТИЙ

Заводная вепсская кадриль охватила народный праздник

13 июня в селе Винницы Подпорожского района Ленинградской области состоялся ежегодный вепсский праздник «Древо жизни-2009. Вепсская кадриль». В этом году в рамках гуляний прошли конкурс половиков «День как ночь, а дорожка как скатерть», конкурс на лучшее подворье «Чья деревня краше» и конкурс сувенирной продукции.

На берегу реки Оять работали вепсские подворья, где гости праздника смогли приобрести изделия декоративно-прикладного творчества, а также отведать блюда вепсской кухни: калитки, колоба, сканцы, национальный напиток «олудь» – вепсское пиво. Все желающие получили возможность прокатиться на лодке по реке и даже попробовать себя в роли рыбака. И всё это красочное действо проходило под ритмы зажигательной вепсской кадрили в исполнении местных и приезжих творческих коллективов.

В Коми прошли первые Ижемские чтения

3 июля в селе Ижма Республики Коми прошли I Ижемские чтения по актуальным проблемам изучения культуры и образа жизни коренных этносов Севера. Научно-практическую конференцию организовало Министерство национальной политики Республики Коми совместно с ИЯЛИ КНЦ УрО РАН, СыктГУ и Администрацией МО МР «Ижемский».

В работе конференции приняли участие ученые, работники образования и культуры, представители общественных организаций и журналисты Республики Коми, ХМАО – Югры, ЯНАО, НАО, Мурманской и Тюменской областей. Актуальные проблемы северных народов обсуждались по трем секциям: «Традиционная материальная и духовная культура коренных этносов Севера», «Современная деревня: социально-экономическая и этнокультурная ситуация», «Формы использования этнокультурного наследия в педагогической и музейной деятельности». В ходе работы конференции был подписан договор о сотрудничестве между Министерством национальной политики Республики Коми и Межрегиональным общественным движением «Изьватас».

В рамках культурной программы участники конференции посетили традиционное жилище ижемских оленеводов – чум, районный музей, расположенный в старинном купеческом доме, а также побывали на традиционном народном гулянии «Луд».

Совместные переводы сближают народы…

В начале июля в Сыктывкаре уже во второй раз прошел Литературный университет молодых переводчиков финно-угорских народов памяти А. Е. Ванеева. В его работе приняли участие 17 литераторов из 8-ми финно-угорских регионов.

В течение недели участники проекта делились опытом переводческой деятельности, обсуждали проблемы современной финно-угорской литературы, роль художественного слова в сохранении и развитии языков. Привезенные участниками в качестве «домашнего задания» оригиналы собственных произведений и их подстрочные переводы на русский язык послужили коллегам «упражнениями» для перевода текстов на свои родные языки. Работа «студентов» найдет отражение в новой литературой рубрике «ЛОГОС» сайта www.finnougoria.ru. В перспективе – издание сборника переводов по итогам университета.

Организатор проекта – Финно-угорский культурный центр Российской Федерации при поддержке Министерства национальной политики Республики Коми и Союза писателей Республики Коми.

В Кудымкаре «почудили»

11 июля в Кудымкаре с успехом прошел I краевой фестиваль национальных культур финно-угорских народов «Чудный карнавал». Учредители фестиваля – Министерство по делам Коми-Пермяцкого округа Пермского края, Министерство культуры и массовых коммуникаций Пермского края, Администрация г. Кудымкара – считают, что «Чудный карнавал» – это попытка прикоснуться к истокам культуры финно-угорских народов, уходящей своими корнями в глубь веков, к временам легендарной чуди».

В карнавале приняли участие творческие коллективы из Кудымкара, районов Коми-Пермяцкого округа, из Коми и Удмуртии. Весь день на различных площадках города проходили необычные акции. Для подрастающего поколения работала детская площадка «Акань собирает друзей». Молодежь привлек окружной слет «Культура. Традиции. Современность». Сторонники здорового образа жизни встретились на «Богатырских забавах». На фестивальной площадке прошли «Встречи на земле чуди». Вечером жители и гости города увидели грандиозное шоу с участием творческих коллективов. А заключительным аккордом фестиваля стала дискотека, закончившаяся далеко за полночь.

   

  


Возврат к списку


Tema, 19.03.2010 00:05:59 Цитировать Имя

Спасибо, очень понравилось


editor, 24.09.2009 09:01:06 Цитировать Имя

Дело в том, что размер наш журнал в формате pdf немалого размера из-за графики и иллюстраций высокого качества. К тому же макет в этом формате представлен сегментировано: каждая статья отдельным файлом, что затруднит прочтение пользователем. Мы уже рассматриваем оптимальные варианты размещения.

С изданиями в формате pdf вы можете ознакомиться на нашем сайте в подразделах ЛОГОСА - Книги и Справочная и учебная литература.

Спасибо за проявленный интерес.


уна, 23.09.2009 19:02:48 Цитировать Имя

почему не вывешиваете в pdf формате?



Перейти к обсуждению на форуме >>





Версия для слабовидящих

Финноугровидение

Онлайн-игра


Календарь событий
   
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
27 28 1 2 3 4 5
6 7 8 9 10 11 12
13 14 15 16 17 18 19
20 21 22 23 24 25 26
27 28 29 30 31 1 2


Документы финно-угорских мероприятий


Фотоальбом




Rambler's Top100


Главная | Новости | ФУКЦ РФ | Сообщество
Сайт находится в стадии информационного наполнения.
Ваши замечания и пожелания Вы можете оставить здесь.




© Филиал ГРДНТ им. В.Д. Поленова "ФУКЦ РФ", 2007-2017.
При использовании материалов
ссылка на сайт www.finnougoria.ru обязательна.
В оформлении сайта использованы работы Павла Микушева.
Республика Коми, г.Сыктывкар, ул. Ленина, д. 73,
тел./факс (8212) 440-340,
e-mail: fucult@finnougoria.ru