![](/bitrix/templates/finnougoria/pics/p.gif)
|
Саамы
Bures! Dearvva! - Здравствуйте!
Происхождение этнонима
Самоназвание саамов - саами, самм. Соседи саамов
- финны, скандинавы, русские - называли их
лопарями (этимологизируется из финского как
"жители окраинной земли").
Места проживания
Саамы живут в Норвегии, Швеции, Финляндии,
России.
Историческая справка
В древних новгородских, а затем и московских
источниках саамов именовали "терская лопь".
Первые письменные данные о лопарях мы
встречаем у античных авторов, которые называют
их финнами. О них писал Тацит (I век до нашей эры):
эти люди счастливее тех, кто "вздыхают над
плугом, устают при постройке домов, мучаются
страхом за своё имущество".
Естествоиспытатель А.И. Кельсиев говорил, что "лопари
- народ честный, добрый, услужливый,
гостеприимный, весёлый, идеально кроткий в
семейной жизни>.
Статистические данные
В XX веке проживающих в северных частях Норвегии,
Швеции, Финляндии, а также на Кольском
полуострове саамов насчитывалась 31 тысяча
человек.
Религия
В XV-XVI веках началась христианизация саамов.
Верующие саамы в Скандинавии - лютеряне, в
России - православные. Однако долго сохранялись
дохристианские верования и обряды, связанные с
оленеводством, рыбной ловлей, поклонением
священным камням-сейдам.
Ещё в XX веке среди саамов встречались
приверженцы шаманизма.
Язык
По языку саамы входят в финно-угорскую группу,
но занимают в ней несколько обособленное место.
Это связано с тем, что треть субстратной лексики
не находит соответствия среди финно-угорских
языков.
Если брать всех саамов (и русских, и
скандинавских), то в их языке выявлено 55
диалектов. Кольские же саамы говорят на четырёх:
нотозерском, бабинском, йоканьгском и
кильдинском диалектах.
Письменность
Краткий разговорник
Oaidnaleapmai! - До свидания!
Eale dearvan! - Все хорошо!
Andagassii! - Извините!
Juo - Да.
In - Нет.
Buori borranlusttu! - Приятного аппетита!
Giitu! - Спасибо!
Humatgo samegiela? - Вы говорите на саамском языке?
Энциклопедия быта:
Национальный костюм
В ХVII-ХVIII веках основным материалом для
изготовления одежды служили шкуры морских
животных и оленей, а для отделки использовались
цветная замша (ровдуга) и крашеное сукно, шкурки
пушных зверей. В ХIХ - начале ХХ веков саамы
использовали покупные ткани (ситец, холст, сукно),
а также овечью шерсть (для вязания или плетения
носков, варежек, поясов). В ХIХ веке у саамов
сохранялась глухая наплечная одежда, одинаковая
для мужчин и женщин.
Традиционная мужская и женская одежда саамов -
юпа (куфт) - представлена прямой суконной или
холщовой рубахой, которую мужчины подпоясывали
широким кожаным поясом с подвешенным к нему
охотничьим амулетом. Мужчины также носили
ситцевую рубаху и штаны из сукна или оленьей кожи.
Традиционный женский костюм - рубаха, сарафан из
яркого пёстрого или однотонного сатина на узких
лямках и передник.
Зимней верхней одеждой служил у скандинавских
саамов - пэск (или мудд), у кольских саамов -
печок: глухая одежда из оленьих шкур мехом наружу
со стоячим воротником, стягивавшимся ремешками.
У женщин ворот, подол и обшлага рукавов
украшались кусочками цветного сукна, тесьмой,
бисером, перламутровыми пуговицами.
Разнообразны головные уборы саамов. Мужчины
носили суконные шапки (каппер) на подкладке из
оленьего меха. Нижняя часть головного убора (околыш)
отличалась по окраске и форме от верхней (тульи).
Традиционно использовались красный, синий и
чёрный цвета. Если околыш был цилиндрическим, то
тулья представляла усечённую четырёхгранную
пирамиду основанием вверх. К околышу пришивались
наушники с тесёмками, которые завязывались под
подбородком. Иногда нижняя часть с наушниками
делалась из лисьего меха. Орнаментировался
каппер цветным сукном, бисером, жемчугом.
Другим мужским головным убором являлся
островерхий, вязанный из овечьей шерсти колпак,
иногда с завершением в виде помпона.
Зимние шапки женщин были аналогичны мужским,
лишь тулья имела форму круга. Шапки украшались
бисером, цветным сукном.
В летний период надевалась шлемовидная шапочка
с высоким гребнем или шамшура (самшура) близкая
русскому кокошнику. Она имела цилиндрический
каркас и полукруглый выступ вверху. Девичьим
головным убором служила перевязка. Сверху
женщины и девушки нередко повязывали сложенный
треугольником платок, концы которого
подвязывали на подбородке или, скрестив на груди,
на пояснице.
Обувь саамы изготавливали из камусов (шкур с
ног оленя) или обработанной оленьей кожи. Она
была одинаковой для мужчин и женщин.
Отличительной чертой саамской обуви являлись
загнутые вверх носки. Зимние высокие сапоги -
яры, украшавшиеся цветным сукном, надевали для
передвижения по тундре, а похожие на яры, но
низкие каньги - в поселениях. Стельки заменяли
пучки сухой травы. На ноги под обувь надевали
вязаные чулки без ступни.
Рукавицы шились из оленьих шкур мехом наружу или
вязались из крашеной шерстяной пряжи.
В конце ХIХ века традиционный саамский костюм
стал заменяться одеждой, заимствованной у
соседних народов: русских, коми и ненцев. У
русского населения были восприняты кафтан (кяхтан),
сарафан (кохт), передник, головные платки. Через
посредство коми-ижемцев саамы заимствовали
ненецкий комплекс одежды: глухую, с капюшоном
малицу (малиц) из оленьих шкур шерстью внутрь и
сапоги выше колен - пимы из камусов мехом наружу.
Кухня
Пища саамов издавна состояла из мяса (зимой) и
рыбы (летом). В более далёком прошлом, когда
большую роль в хозяйстве играла охота, в пищу шло
мясо дикого оленя и реже - медведя. Употребление в
пищу медвежьего мяса было характерно
преимущественно для саамов лесной полосы.
Медведь считался священным животным и, как у
многих других народов Севера, у лопарей
существовал целый ритуал, связанный с охотой и
поеданием мяса медведя (Архив РАН. СПб.О. Ф. 135. Оп.
2. № 280. Л. 19, 20). Медвежье мясо считалось лакомством.
У кольских саамов в конце XIX века медвежий
праздник, по-видимому, был уже в значительной
степени забыт. Имеются даже указания, что с
убитого медведя снимали шкуру, а мясо бросали в
лесу, считая его "поганым", "негодным" (Архив
ИЭА РАН. Ф. 3. 1964 г. № 64).
К концу XIX века, в связи с сокращением размеров
охотничьего промысла основным источником мясной
пищи стало домашнее оленеводство. Мясо оленя
употребляли в варёном, вяленом, замороженном или
реже - в солёном виде. Об употреблении сырого
мяса сведений почти нет.
С. Герберштейн (начало XVI века) сообщает о том, что
среди лопарей начинает распространяться обычай
варки пищи и что они уже предпочитают есть не
сырое, а немного "прожаренное" мясо (Герберштейн,
1908. С. 190). В конце XIX - начале XX веков из оленины
чаще всего варили суп (иок.-limm), добавляя туда
немного ржаной муки, соли и тёртых ягод (вороники
и морошки), причём во время еды сначала съедали
мясо, а затем выпивали оставшийся бульон.
Вяленое мясо заготавливали впрок, на зиму. Для
этого мясо нарезали полосами и подвешивали над
огнём. Иногда вялили прямо на воздухе. Такое мясо
считалось более вкусным.
Особенно любили лопари вяленую оленью грудинку.
Куски вяленого мяса, пересыпанные солью, хранили
в особых корзинах.
Кроме вяленого саамы издавна употребляли в пищу
также и сырое замороженное мясо, которое для еды
нарезали тонкими ломтиками. Это так называемая
строганина, известная среди многих северных
оленеводческих народов. Об употреблении саамами
подобного, "выдержанного на морозе", мяса
упоминал еще И. Шеффер (Scheffer, 1675). Поэтому нельзя
согласиться с утверждением некоторых авторов,
что это блюдо заимствовано лопарями от коми-ижемцев,
появившихся на Кольском полуострове только в
конце XIX века. Солили оленину саамы редко, только
в том случае, если весной или осенью по какой-либо
причине приходилось закалывать оленя.
В пищу употребляли всего оленя за исключением
головы и лёгких, которыми обычно кормили собак.
Почки, посыпав немного солью и положив перед
камельком на камень, запекали на огне. Печёнку
употребляли в жареном виде. Особыми деликатесами
считались мозги, сердце, язык, желудок и грудинка.
Любили саамы и свежую оленью кровь, которую пили
как лекарственное средство (Иванов-Дятлов, 1928. С.
48; Лебедев, 1933. С. 76; ПМА, 1964 г.).
Интересно привести цифры, иллюстрирующие, сколь
велика была разница в потреблении мяса
зажиточными и бедными саамами. Если первые
съедали за год до 100 пудов мяса на семейство, то
последние иногда не более 4-5 пудов (Архив РАН. СПб.О.
Ф. 135. Оп. 2. № 133). Летом и осенью основу питания
кольских саамов составляла рыба,
преимущественно озёрная: сиг, щука, окунь, налим и
др. Сёмга же скупалась, как правило, русскими и
норвежскими купцами.
Береговые саамы (иокангские, лумбовские и др.),
продавая выловленную сёмгу, закупали
одновременно у саамов внутренних районов для
собственного употребления озёрную рыбу. Её
употребляли в вареном, жареном, вяленом, реже - в
солёном виде, а также запекали в тесте. Из рыбы
варили, как и из мяса, суп, съедая также сначала
куски сваренной рыбы, а затем выпивая бульон.
Жарили рыбу на открытом огне следующим образом.
Её потрошили, мыли, нарезали на большие куски,
солили и жарили, накалывая на особые палочки,
которые втыкались в землю около огня (Дурылин, 1913.
С. 97; ПМА, 1965 г.). Соление рыбы у саамов было
распространено, по-видимому, значительно меньше.
Для этого её разрезали, потрошили, мыли, насыпали
внутрь соли и укладывали для хранения в кадушки.
В конце XIX - начале XX веков готовили иногда ещё и
рыбу "с душком", для чего её предварительно
зарывали на некоторое время в землю. Количество
потребляемой рыбы зависело не от достатка семьи,
а от улова. Саамы внутренних районов полуострова
(Ловозеро, Пулозеро и др.) заготавливали обычно
около 30 пудов на семейство, а береговые - от 5 до 10
пудов (Архив РАН. СПб.О. Ф. 135. Оп. 2. № 133).
Оленье мясо и рыба были основной пищей и
скандинавских, и финских саамов. Однако
последние более широко использовали продукты
своего оленеводческого хозяйства. И финские, и
скандинавские саамы употребляли в пищу оленье
молоко, из которого приготовляли также сыр.
Российские саамы доили важенок в очень
ограниченных размерах.
Кроме оленьего мяса и рыбы, зимой российские
саамы употребляли в пищу также дичь, главным
образом куропатку, из которой чаще приготовляли
суп, а иногда её жарили. Одно семейство за зиму
съедало в среднем 3-4 пуда куропаток (Архив РАН.
СПб.О. Ф. 135. Оп. 2. № 133. Л. 11).
Из растительных продуктов в состав пищи саамов в
конце XIX - начале XX веков входила ржаная мука. Её
саамы покупали у русских, и появилась она у них
довольно давно. Основное изделие из муки -
пресные ржаные лепешки, которые выпекали в пырте
перед камельком.
Довольно распространенным пищевым продуктом у
всех саамов издавна была сосновая заболонь. С
помощью особого костяного орудия с дерева
снимали кору. Затем другим, заострённым костяным
скребком соскабливали её внутренний, белый слой -заболонь
- и сушили её над огнём. После этого её толкли,
смешивали с небольшой частью ржаной муки и
употребляли в пищу. Эту так называемую сосновую
кашу ели обычно с рыбным или мясным супом.
В 1920-е годы кольские саамы стали употреблять в
пищу, хотя и в небольших количествах, овощи,
особенно картофель и лук. Грибы, в изобилии
имеющиеся в Лапландии, саамы стали собирать
совсем недавно. Зато ягоды - воронику, бруснику,
чернику и морошку - собирают охотно и едят в
сушёном или мочёном виде, а также употребляют в
качестве приправ к пище (кладут в суп и др.).
Любимый напиток кольских саамов - чай - они пьют
несколько раз в день. Раньше особенно любили пить
чай с луком, опуская его в стакан тонкими
ломтиками. Бедняки иногда вместо чая заваривали
его суррогат, для которого употребляли куски
чаги - болезненного нароста на стволах березы.
Такой чай называли мур-чай, то есть "дерево-чай".
Одним из наиболее важных предметов саамской
кухонной утвари в конце XIX - начале XX веков был
чугунный (иногда медный) котёл, подвешиваемый над
очагом. В нём приготовлялась основная пища (главным
образом суп), а также кипятился чай. В начале XX
века многие саамы уже имели чайники. Подавляющее
большинство предметов саамской утвари конца XIX -
начала XX веков изготовлялось из дерева. Многие
принадлежности домашнего обихода саамы
выделывали из бересты: различные чашки, ковшики,
корзины, солонки, скатерти.
Кроме этого, в каждом саамском хозяйстве имелись
всевозможные мешочки, сумочки, где хранились
запасы муки, соли, сахара, а также различные
пищевые припасы для дороги. Эти сумки и мешки
шили из шкуры с оленьих лбов, тюленьей шкуры или
замши. Они были овальной или круглой формы.
Застёжкой служили затягивающийся у горла
ремешок из оленьей кожи или скобы, сделанные из
оленьего рога.
В настоящее время питание кольских лопарей
существенно изменилось. Пища стала более
разнообразной. С развитием молочного
животноводства в рацион саамских семей, кроме
оленьего мяса и рыбы, вошло коровье молоко.
Значительно увеличилось содержание в пище
витаминов.
Современная хозяйственная утварь кольских
саамов существенным образом отличается от
прежней. Большую роль в этом сыграли переход
саамов к оседлому образу жизни, а также повышение
материального уровня их жизни.
Поселения и жилища
Полукочевой образ жизни определил типы
традиционных построек. Постоянным зимним
жилищем в деревнях была срубная однокамерная
постройка с окном и плоской дощатой крышей.
Временным летним жилищем служила постройка в
форме усечённой пирамиды из жердей и кольев,
крытых дерном. Пол выстилался ветками и оленьими
шкурами, в центре устраивался очаг.
При перекочёвке использовали шалаш из жердей,
крытый летом мешковиной, зимой - оленьими
шкурами.
Традиции
Занятия и промыслы
Саамы, живущие по морскому побережью и по
берегам рек и озёр, издавна занимаются
рыболовством, сочетая его с охотой на дикого
оленя, пушного зверя, а также промыслом морского
зверя.
Традиционной основой экономики является
оленеводство, для которого в прошлом был
характерен вольный выпас оленей, перекочёвки с
зимних пастбищ на летние.
В настоящее время развиваются также молочное
животноводство, огородничество, звероловство.
Социальный институт
Фольклор:
Орнамент
Приметы
Песни и танцы
Декоративное творчество
Праздники и обряды
У саамов долго сохранялись дохристианские
верования и обряды, связанные с оленеводством,
рыбной ловлей, поклонением священным камням-сейдам.
Среди саамов ещё в ХХ веке встречались
приверженцы шаманизма.
Мифы и предания
Фольклор саамов представлен мифами, сказками,
преданиями, импровизированными песнями.
Саамов соседние финны и скандинавы считали не
только умелыми охотниками, но и опасными
колдунами-шаманами: к ним даже отправляли
учиться колдовству. Недаром в одной из рун о
Вяйнямёйнене рассказывается, как искусный
стрелок попадает стрелой в финского героя, тот
падает в море и его относит в Похьелу - во власть
злобной хозяйки Севера. Сама мифическая страна
Севера иногда отождествляется с Лапландией,
страной лапландцев, лопарей - саамов.
Саамы, близкие <родственники> прибалтийских
финнов, имеют с ними много общего в мифологии.
Саамы не только сохранили богатейшую
мифологическую и шаманскую традицию, но и сами
многому учились у своих соседей - финнов, балтов
и скандинавов, заимствовали от них некоторые
мифы и имена мифологических персонажей.
Знаменитым собирателем саамского фольклора был
учёный В.В. Чарнолусский. В его записях и
литературной обработке стали известны целые
циклы повествований о Лунной деве и витязе
Найнасе, о чудесном олене Мяндаше.
То ли было, то ли не было
Саамская сказка
Рассказывал один саам у костра то ли быль, то ли
небылицу, то ли сказку, то ли байку. Говорил, что
всё это с ним самим приключилось. И вы послушайте,
если время есть, если других дел нет.
Вот с чего всё началось: запоздала как-то весна в
северных краях. Давно бы ей пора прийти, а что ни
день - ветер дует, снег с неба валит. Вот наш саам
и думает: <Непорядок какой-то на небе, надо бы
туда забраться, посмотреть, что там такое. А как
туда залезть? Земля низко, небо высоко!>
Однако наш саам не дурак был, придумал. Взял топор
да рубанок, пошёл в лес. Свалил большую сосну и
начал её рубанком стругать. До тех пор трудился,
пока всю её не исстругал. Гора стружек выше леса
поднялась. Постелил саам наверх мокрую рогожку,
встал на неё и поджёг стружки. Вспыхнул огонь,
начала рогожка сохнуть, пошёл от неё густой пар.
Подхватил пар саама, покачал-покачал и вверх
понёс.
Несло его торчком, несло его кувырком и донесло
до облаков. Там саам ухватился за край тучи, да и
влез в неё.
Ходит по небу, смотрит. Скучно ему там показалось:
пусто кругом, живой души нет, только облака под
ногами, как сугробы, лежат:
Поглядел: вдали одно облако выше других
вздымается, точь-в-точь круглый снежный дом.
- Значит, живёт всё-таки кто-то на небе! -
обрадовался саам и побежал к тому облачному дому.
Вошёл в дом, а там Гром сидит. По рукам, по ногам
связан.
- Хорошо, что ты пришел, человек, - говорит гром. -
Развяжи меня поскорее!
Саам отвечает:
- Развяжи тебя - ты греметь начнешь! Я боюсь.
Пусть тебя тот развязывает, который связал.
- Глупый ты человек, - рассердился Гром. - Да ведь
меня мороз связал. Зачем ему меня развязывать?
Пока я не загремел, он на земле хозяин. Весна в
тундре не начнется.
- Вот оно что! - подумал саам. Раз так, надо
развязывать.
Распутал узлы на руках - Гром рукавами взмахнул.
Загремело кругом, так саама в сторону и
отшвырнуло. Хорошо, что туча мягкая: упал - не
ушибся.
А Гром его торопит:
- Скорей ноги развязывай!
Как быть? Начал дело - кончать надо. Зажмурился
саам от страха и развязал Грому ноги.
Ох, что тут поднялось! Гром ногами топочет -
грохот такой, что оглохнуть можно. Руками молнии
на землю мечет - блеск такой, что ослепнуть можно.
Совсем перепугался наш саам. Одно только у него в
голове: как бы поскорее с этого неба убраться!
Прыгнуть бы вниз, да очень уж высоко. Тут как раз
мимо него молния стрелой пролетала. Саам и
схватился за нее. Моргнуть не успел, как упала
молния на землю. И саам с ней.
Угодил он прямо в болото. Ушёл по самые плечи,
только голова над трясиной поднимается.
Попробовал саам выбраться, да куда там! Ещё
глубже увяз.
А кругом весна, морошка белым цветом расцветает,
птицы хлопочут:
Прилетела на болото пара лебедей. Смотрит
лебедушка: торчит что-то из трясины. Пень не пень,
кочка не кочка, а для гнезда годится. Свила
лебедушка гнездо на голове у саама. Положила три
яйца, села насиживать.
Саам все терпит. Если уж в болоте увяз, так оно,
может, и лучше. Солнце печет - гнездо ему макушку
прикрывает. Дождь зарядит - оно не мокнет.
Как-то отлучилась лебедушка ненадолго. Тут и
пожаловал гость. Давно волк гнездо учуял, а
теперь по кочкам к нему подобрался. Полакомился
лебедиными яйцами, да, видно, мало ему показалось.
Стал искать ещё, ворошить гнездо лапами. Дерёт
твёрдыми когтями голову саама, а тот крикнуть
боится, только глазами моргает, кряхтит. Наконец
повернулся волк, чтобы назад идти. А саам
изловчился и схватил зубами волка за хвост.
Крепко стиснул зубы: хоть умри - не выпустит.
Теперь уже волк перепугался. Рванулся вперёд,
саама из болота выдернул. Ещё три прыжка - саама
на сухое место выволок.
Тут разжал зубы саам. Волк наутёк в лес пустился,
а наш саам домой побежал.
Не раз и не два саам у костра рассказывал, что с
ним приключилось. Кто верил, кто не верил. Кто
говорил: сказка, кто говорил: небылица. А саам все
еще твердит:
- Быль это, чистая правда! Разве такое выдумаешь?!
Источники:
- Изучаем фольклор народов Севера. - М., 1997.
- Петрухин В.Я. Мифы финно-угров. - М., 2005.
- Финно-угорские и самодийские народы России.
Статистический сборник. - Сыктывкар, 2006.
|